— Я не думала об этом, — медленно ответила Лиза. — Но я такая, какая есть, не так ли, мисс Мерри? — спросила она, называя Мередит так, как звала ее в детстве.

— Просто Мерри, — поправила ее Мередит. Ее, словно ножом, резанула внезапная грусть в глазах Лизы. — Поехали с нами, Лиза!

— Мне надо подумать, — сказала Лиза. — Я не знаю, — она поймала взгляд Мередит. — Он не продаст меня.

— Ты можешь убежать. Я работала в Подпольной железной дороге. Мы поможем тебе добраться до Канады.

— Это же опасно. Я знаю, это очень опасно. Я… а почему вы… ?

— Лиза, я много лет занималась этим.

— Но почему? Мередит молча посмотрела на нее, и Лиза вдруг поняла почему. Из-за нее. Слезы сдавили ей горло. Она никогда не думала, представить не могла, что кто-то может так переживать из-за нее. Она протянула Мередит руку, и они крепко-крепко взялись за руки, словно опять стали детьми.

— Поедем с нами, — опять сказала Мередит мягким, умоляющим тоном, против которого нельзя было устоять. Но для Лизы события разворачивались слишком быстро. Она не была несчастной, по крайней мере до этого вечера. А еще был Маршалл Иване. Он кое-что значил для нее. И не так уж и мало.

— Мне надо подумать, — повторила Лиза.

— Мы можем пробыть здесь только еще один день, — сказала Мередит, — если ты решишься, тогда — завтра ночью.

— Но как?

— Твой… Маршалл Иване пьет? Лиза кивнула.

— Тогда Квинн все устроит. — Квинн?

Мередит улыбнулась, и смуглая кожа вокруг ее глаз разбежалась морщинками. Лиза обняла ее.

— Кажется, он очень хороший.

— Иногда, — согласилась Мередит, — а иногда просто невыносим, — в ее голосе слышалась любовь, и насмешка была ласковой.

Лиза проглотила комок в горле. Было заметно, как сильно влюблены друг в друга Мередит и этот загадочный виргинец. Она-то думала, что любит Маршалла, что он ей, на худой конец, небезразличен, но теперь все сомнения, что были у нее, вспыхнули с новой силой. Она никогда не станет ему равной, никогда не будет считаться матерью его детей. Она была той, кого прячут от гостей и чье существование иногда вовсе отрицают. Хотя он любил ее. Прежде чем принять решение, ей надо понять, как сильно он ее любит.

Она отвернулась от Мередит.

— Завтра я дам ответ, — слишком много всего внезапно обрушилось на Лизу. Чересчур много эмоций, риска. — Мне надо идти, — сказала она, повернулась и ушла не оглядываясь. И едва расслышала последние слова Мередит.

— Завтра. Я приду сюда завтра вечером.

“Завтра” — это слово эхом звучало в ушах Лизы, когда вечером она вошла в комнату Маршалла Иванса.

Возвратившись после встречи у пруда, она заглянула в комнату, где сидели хозяин и гость, чтобы посмотреть, достаточно ли у них бренди. Она старалась не обращать внимания на этого высокого темноволосого мужчину с приветливой улыбкой и настороженным взглядом, пытаясь избежать вопроса, который, она понимала, ему не терпится ей задать. И Лиза поняла, что гость заметил легкий кивок Маршалла, когда он говорил ей, что этим вечером им больше ничего не понадобится.

Час спустя Маршалл Иване вошел в свою спальню и поцеловал Лизу, нежно лаская ее шею.

— Мне не хватало тебя за обедом, — сказал он.

— Я думала, тебя хорошо развлекают.

— Но не совсем так, как бы мне хотелось.

— Он купит лошадей?

— Наверное. Завтра он хочет осмотреть табун, — рука Маршалла передвинулась в более интимное место, когда он почувствовал, что Лиза чем-то расстроена.

— Лиза, что-нибудь случилось?

Она села на край постели и посмотрела на Маршалла.

— Мне… мне надо спросить тебя… Его рука ласкала ее.

— О чем, Лиза?

— Ты освободишь меня? Он обнял ее за талию.

— С чего ты стала думать об этом?

— Просто так…

Он помолчал, удивляясь. Он часто забывал о том, что она — его рабыня. Что он ею владеет. Он погладил ее по голове.

— Почему? Разве тебе плохо?

Он ждал, что она ответит “нет”, и его руки сжимали ее волосы все сильнее по мере того, как молчание затягивалось.

— Разве плохо? — повторил он.

— Я просто подумала, — наконец ответила Лиза, — почти все твои другие работники — вольные.

— Так получилось, — сказал Маршалл, жалея, что этот разговор вообще начался. — Для работы с лошадьми мне нужны опытные люди.

— А в постели нет? — ее голос никогда раньше не звучал так горько, и он посмотрел на нее с удивлением.

— Я люблю тебя, Лиза, ты же знаешь.

— Тогда дай мне свободу.

— Ты останешься со мной? Она молчала.

— Останешься?

— Не знаю.

— Тогда нет, — прошептал он, — я не могу позволить тебе уйти.