Ким кивнул и принялся за работу. Он тоже понял.

— Далее, — продолжал первый помощник. — Следи за вездеходом. Если они повернут назад, возможно, сборку придется продолжить. Кстати, они уже поняли, что это не Курорт?

Мальчишка закрыл глаза, сосредоточиваясь, затем вздрогнул и замер, подняв руки к вискам.

— Пьер?

Пьер быстро взглянул на первого помощника, пробормотал «сейчас» и сделал дыхательное упражнение «здравствуй, солнышко», знакомое любому, кто хоть раз видел кино про телепатов. Затем он снова прикрыл глаза. Секунд десять ничего не происходило, затем Пьер пробормотал что-то вроде «нет, это не экран», шмыгнул носом и посмотрел на Кима, словно ища поддержки.

— Их нет, — сказал он. — Совсем. Только что были, а теперь нет. Как это может быть?

— Потом я сделал подпороговое сканирование, — продолжал Пьер. — Это на случай, если они спят или под наркозом. Опять ничего. Тогда я прикинул, где они могут быть, и попытался найти напуганных животных. Я тут некоторых чувствую.

— При чем тут напуганные животные? — не поняла Анна-Мария.

Они собрались в радиорубке, капитан, первый и второй помощники, Майк, Пьер, а также двое профессиональных охранников внеземных объектов, скандинав Юл и японец Тама. Их нашел в списке пассажиров первый помощник и пригласил, заручившись согласием капитана. Пьер подтвердил, что это настоящие профессионалы.

После довольно долгой и весьма бурной дискуссии с глазу на глаз со вторым помощником капитан пригласил также профессора Беркли. «Если амфибию уничтожили хищники, — говорил он, — то биолог нам не помешает». Анна-Мария так и не сумела принять эту точку зрения и теперь бросала на сидящего в углу ученого уничтожающие взгляды.

— Напуганные животные отмечают путь вездехода, — объяснил вместо Пьера Майк.

— Хорошо придумано. И что?

— И так я узнал, что там действительно есть суша. Ну, когда ты чувствуешь границу, на которой все резко меняется…

— И что на суше? — терпеливо спросил капитан.

— Откуда мне знать?

— Позвольте мне объяснить, — неожиданно подал голос профессор Беркли. — Пьер, если я не ошибаюсь, хочет сказать, что он не настроен на местные формы жизни. Он воспринимает общий фон, но не в состоянии выделить отдельные составляющие.

— Их там нет, — угрюмо заявил Пьер. — Ручаюсь чем хотите, или их вообще нет на планете, или они умерли.

— Планету они покинуть не могли, — заметила Анна-Мария.

— Я на минуту отвлекся, — отчаянно произнес Пьер.

— Никто не просил тебя следить за ними не отрываясь.

— Вернемся к нашей проблеме, — сказал капитан. — Мы не знаем, кто или что их убило… Что мы можем сделать, чтобы то же самое не случилось с нами, на теплоходе?

— Не подходить к берегу, — ровным голосом произнес Тама. — Не включать двигатель и не производить шума. Не использовать прожекторов. Работают ли радары и эхолоты?

— Непрерывно, — отозвался капитан.

— Значит, возможно, что это не опасно.

— У них был шейкер — возбужденно произнес Пьер. — Что можно сделать против шейкера?

— Камнепад подойдет? — поинтересовался Майк.

— Молния, — добавил Юл.

— Не знаю насчет камнепада, — подал голос из угла профессор, — но я вам ручаюсь, что с момента, когда я развернул лабораторию, три часа назад, в радиусе пятисот километров никаких молний не было.

— Если предположить, что, выведя машину на берег, они открыли люк, — продолжал он, — то им могло просто не хватить времени использовать шейкер.

Капитан отметил, что все говорящие разом умолкли и уставились на Беркли. Наука!

— Это могли быть хищники, — продолжал ученый, — но я в этом сильно сомневаюсь. Трудно допустить, что они покинули машину оба… Они все-таки тоже… своего рода профессионалы.

— Логично, — кивнул Юл. Слово «логично» звучало странно из уст этого гиганта, больше похожего на викинга, нежели на эксперта по охране объектов. — Что же остается? Вирус?

— Возможно, хотя и крайне маловероятно, — отозвался профессор. — Судите сами, весь путь туда они проделали под водой, с герметически задраенными люками. Пьер имел с ними контакт за пятнадцать минут — и это максимум — до того момента, как они погибли.

— Вы так уверены, что они погибли? — с долей иронии произнесла Анна-Мария.

— Не знаю, — неуверенно отозвался профессор. — Я не верю в чудеса. Раз А-ноль телепат говорит, что они не отзываются, значит, они мертвы. С другой стороны, может быть что-то такое, чего мы не знаем. Сверхглубокий наркоз. Кататония. Может быть, в конце концов, телепатия все-таки может быть экранирована…

— С кататониками я беседовал, — возразил Пьер. — Без проблем. С теми, кто под наркозом, — нет, но мозг их я все равно чувствую. А если бы там был экран, я чувствовал бы пустоту…