– Что случилось?
– спросил Дмитрий, быстро одеваясь. Во рту у него было кисло и мерзко.
– Который час?

– Половина третьего. Не надевай ботинки, а то нас услышат.

– Кто?!

Но Ваня уже заторопился по коридору.

– Идем. Я хочу, чтобы ты кое-что увидел.

Ваня провел его в пустынную кухню, затем они выбрались на темный задний двор и спрятались за изгородью возле продуктового склада. Там стоял грузовик, и двое мужчин грузили в кузов тяжелые мешки.

– Это повар, - прошептал Ваня, - и водитель.

– Что это за мешки?

– С мукой. И с картофелем. Они уже погрузили несколько ящиков овощей все, что мы вырастили в прошлом году. И несколько тюков одеял из соседнего склада.

Из маленькой пристройки появился третий человек и присоединился к остальным.

– А это завхоз, - снова шепнул Ваня.

– Завхоз?
– не поверил Дмитрий.
– Не может быть!

Он подумал о пожилом дружелюбном завхозе, который очень любил рассказывать им о тяжелых временах, когда в СССР не хватало продуктов и топлива.

– Все мы должны чем-то жертвовать ради нашей страны, - говаривал он.

Теперь же он обкрадывал школу в компании с поваром.

– Как ты узнал об этом?
– спросил Дмитрий.

– Проголодался. Пошел на кухню, чтобы разогреть банку овощей, и услышал какой-то шум.

Дмитрий подумал о том, как сам мучился угрызениями совести. Его кражи были ничтожными по сравнению с делами, которыми ворочали повар и завхоз. Эти обкрадывали детский дом машинами!

– Ты запомнил номер грузовика?
– шепотом спросил он.

– Да, - кивнул Ваня.
– Я еще слышал, как они разговаривали с водителем. Его имя Родион.

– Давай сматываться, - предложил Дмитрий.

На следующее утро они попросили директора детского дома принять их. Оба надели свои пионерские галстуки, и Дмитрий первым заговорил:

– Мы свято чтим традиции, которым положил начало герой-пионер Павлик Морозов.

– Вот как?
– Полковник улыбнулся.
– Пионер Дмитрий Морозов хочет последовать примеру Павлика Морозова?

Дмитрий неуверенно улыбнулся в ответ.

– Это просто совпадение, что у нас одинаковые фамилии, товарищ полковник.

– Конечно.
– Полковник Бородин кивнул.
– Я просто пошутил...

Дмитрий и Ваня узнали о Павлике Морозове на уроке всего неделю тому назад. Павлик, двенадцатилетний уральский пионер, был одним из кумиров советских детей. Во время голода 1932 года он подслушал, как его отец и его дядя договариваются о том, чтобы спрятать часть своего зерна и не сдавать его государству. Как преданный делу партии пионер, Павлик сообщил о преступлении своих родственников властям. Его отец попал под суд, и Павлик давал против него свидетельские показания. После суда дядя жестоко расправился с Павликом. За это дядя был осужден и повешен.

Павлик Морозов стал одним из героев страны, и о нем были написаны рассказы и стихи. Советские пионеры пели песни о Павлике Морозове, ставили пьесы о его подвиге. О его поступке рассказывали школьникам в качестве примера гражданского долга. Каждый пионер должен был сообщать в милицию или в МГБ даже о своих родителях, если узнает, что они хотят нанести вред Советской стране.

– Мы просили принять нас, потому что хотим последовать примеру Павлика Морозова, - твердо сказал Дмитрий.
– Прошлой ночью Ваня почувствовал себя плохо, у него кружилась голова и его мутило. Он разбудил меня, чтобы я помог ему, и мы вышли на улицу подышать свежим воздухом. Дежурного нам будить не хотелось. А потом около продовольственного склада мы увидели...

Через полчаса в детский дом прибыл милицейский автомобиль. Старший повар и завхоз были арестованы, в тот же день после обеда в городе по номеру разыскали грузовик с украденными вещами. На еженедельной пионерской линейке директор поздравил Ваню и Дмитрия и прикрепил к их рубашкам значки пионерской славы, а из журнала "Красный пионер" приехали фотограф и корреспондент, которые хотели записать рассказ мальчиков об их мужественном поступке.

Затем на торжественной церемонии, проходившей на парадной площадке, все воспитанники и учителя стояли по стойке "смирно", а офицеры-отставники взяли под козырек, пока два юных героя поднимали красный флаг. Пионерский хор исполнил "Гимн пионеров".

Дмитрий смотрел в лица своих одноклассников, которые били его под одеялом четыре года назад. "Они поют в мою честь, - подумалось ему. Теперь я - гордость школы, и пусть только кто-нибудь осмелится назвать меня вором".

Вскоре после того, как Дмитрию исполнилось тринадцать лет, на урок в их класс пришел директор.

– Прошу прощения, Яким Ефремович, - обратился он к преподавателю геометрии.
– Дмитрий Морозов, пошли со мной.

Дмитрий и Ваня обменялись встревоженными взглядами. Затем Дмитрий поднялся и вышел из класса вслед за директором.