Они забрались в машину, и Вильямс рванул по шоссе на юг. Фабио был на переднем сиденье, а Джарвис ютился сзади среди багажа. Итальянец развернулся к нему, елозя жирными ляжками в кресле, и сказал:

— Так вот, вы спрашивали меня, собираемся ли мы арестовать ваших соотечественников…

Спасибо, что напомнил, подумал Джарвис.

— Так вот, ответ однозначный — нет. Разумеется, пока они не нарушат закон.

Джарвис на секунду зажмурился, затем вздохнул:

— Хорошие новости. Он улыбнулся.

Фабио улыбнулся в ответ:

— Я вас понимаю, но, поверьте, не стоит беспокоиться. В данный момент перед нами лишь группа английских болельщиков, среди которых некоторое ограниченное число футбольных хулиганов, и больше пока ничего. Так что они ничем не отличаются от сотен других, о прибытии которых извещал нас ваш отдел, и уж мы, поверьте, готовы встретить их во всеоружии.

Он широко оскалился и затем продолжил:

— Ваш сотрудник — Гаррис, кажется? — сообщил, что ожидается прибытие около двух десятков машин. Стало быть, человек сорок?

Джарвис потер подбородок и затем кивнул.

— Да, мы предполагаем сорок, но это как минимум, может быть и больше. Неизвестно сколько едут поездом и на автобусах.

Фабио пожал плечами:

— Не имеет значения, мы будем присматривать за вашими поднадзорными, и если их окажется больше, мы немедленно возьмем ситуацию в свои руки. Да, вы, кажется, сказали, что у вас там человек под прикрытием?

Джарвис кивнул:

— В одной из замыкающих машин. Если что, он откроется вашим людям, назовет себя…

— Хорошо, хорошо, — Фабио снова развернулся, уставившись в лобовое стекло на дорогу. Он заговорил снова, уже не поворачиваясь к Джарвису:

— Значит, вы по-прежнему думаете, что тут дело нечисто и… все это связано не только с футболом?

Джарвис покачал головой и откинулся на сиденье. Он не привык разговаривать с затылком собеседника.

— Вы должны быть в курсе. Но моя версия с наркотиками пока терпит крах.

— А в чем дело?

— Пока все их действия говорят о ее несостоятельности.

— Ну что ж, будем продолжать наблюдение, не выпуская из виду и этой версии. В любом случае, раз они что-то задумали, долго скрывать это им не удастся.

На некоторое время замолчав, он заговорил вновь.

— Значит, скорее всего, — пробормотал он, — готовится новое побоище. Хотят запечатлеть себя в истории футбола.

— Да уж… а что тут может быть еще? Неужели вы думаете, они приехали сюда со спортивно-познавательными целями? «Хулс» — это вам не болельщики и даже не фанаты. — Джарвиса уже начинал доставать этот коротышка на переднем сиденье, который, похоже, не отдавал себе отчета, что разговаривает со старшим по званию.

И вдруг Фабио резко повернулся, чуть не угодив Джарвису своей круглой головой в лоб. Тот вовремя отшатнулся.

— Если же, как вы утверждаете, за этим стоят определенные политические силы — например, какая-нибудь группировка экстремистов, вынашивающая политические цели, — и если мы имеем дело с заговором, то дело очень серьезное. Мы говорили по этому поводу с нашими ультрас и с экстремистами, однако они ничего такого не знают. Нам еще предстоит выяснить, кто за этим стоит. И мы выясним.

Джарвис кивнул и хотел было что-то сказать, но Фабио движением руки остановил его.

— Не секрет, что итальянская политика в вечном состоянии хаоса. Но, Пол, мы всегда настороже и действия крайне правых стараемся контролировать. Хотя, если это связано с ними…

— В следующий раз всю зарплату поставлю на экстремистов, — вмешался Вильямс.

— И я свою тоже, — Фабио повернулся к водителю. — И если бы они росли в Италии, тогда многие люди знали бы, почему мы должны остановить их.

Он снова, усмехаясь, повернулся к Джарвису:

— Хорошо, если ваши футбольные хулиганы помогут нам выйти на экстремистов — тогда и арестуем их всем скопом.

Вот так, подумал Джарвис, каждый искал в этом деле собственной выгоды!

Он снова откинулся в кресле, пытаясь расслабиться. Этот человек положительно начинал ему нравиться.

Вторник, 26 октября, 15,00

Терри Портер сбросил газ и зарулил на участок парковки третьим от «мерседеса».