Кэтрин улыбнулась, проникаясь все большей симпатией к сидящей рядом женщине.

— Еда выглядит очень аппетитной. — Она приняла тарелку, которую, наполнив, протянул ей лакей. В это утро завтрак был гораздо обильнее, чем обычно, и Кэтрин, совершенно забыв о том, где находится, начала есть с такой жадностью, как будто боялась, что ей придется снова голодать. Она оторвала глаза от тарелки и увидела, что маркиз задумчиво наблюдает за ней, а леди Бекфорд смотрит на нее с жалостью.

Кэтрин положила салфетку, почувствовав, что внезапно ей расхотелось есть.

— Прошу прощения, — смущенно произнесла она. — Я… Я… Мне давали очень мало еды.

Это было правдой. Водянистая каша, корка черствого хлеба и иногда кусочек червивого мяса — вот все, что ей приходилось есть.

— Ничего, ничего, — сказал маркиз. — Тетя права — вам надо восстанавливать свои силы.

Кэтрин посмотрела на оставшиеся на тарелке яйца, сочный кусок жареной куропатки, и у нее потекли слюнки. Она ткнула вилкой в мясо, затем еще раз, стараясь есть неторопливо, как подобает настоящей леди, какой она когда-то была.

— Хотите еще? — спросил маркиз, когда тарелка опустела. Кэтрин покачала головой:

— Благодарю вас. Я наелась.

— Ну вот и хорошо, — мило улыбнулась леди Бекфорд. — Тогда, если не возражаете, мы пойдем прогуляться по саду, и вы расскажете мне о себе.

Внутри у Кэтрин все похолодело. Боже милостивый! Прогулка с этой женщиной и разговоры о себе никак не входили в ее планы. Ей снова придется лгать, чего совсем не хотелось. Кэтрин судорожно сглотнула подступивший к горлу ком. А может быть, все пройдет гладко?! Может быть, ей удастся выглядеть убедительной в глазах этой женщины, если не слишком отступать от правды?!. Кажется, вчера вечером у нее это неплохо получалось!

— Это было бы чудесно, — натянуто улыбнулась Кэтрин, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

— В замке прекрасные сады. Возможно, лорд Личфилд присоединится к нам.

Маркиз снисходительно улыбнулся, встал и помог женщинам выйти из-за стола.

— Сожалею, дамы, но не в этот раз. У меня слишком много работы. — Он посмотрел на Кэтрин и задержал взгляд на ее губах. — Приятной прогулки, мисс Грей.

Кэтрин непроизвольно облизнула губы, и сердце ее как-то странно затрепетало.

— Благодарю, милорд. Уверена, прогулка доставит мне удовольствие.

Спустя несколько часов, когда женщины вернулись домой, Кэтрин уже не испытывала прежнего напряжения и улыбалась вполне искренне. Леди Бекфорд разговаривала с ней так, как будто они были давними подругами, и настояла, чтобы Кэтрин, как и племянник, называла ее просто тетей Уинни. Она рассказала Кэтрин о своем муже, которого потеряла два года назад, при этом глаза ее наполнились слезами.

Кэтрин тоже невольно прослезилась. Она старалась не говорить слишком много и не вдаваться в подробности, однако когда речь зашла о ее семье и ей пришлось рассказать о матери и сестрах, умерших в последние десять лет, то в памяти всплыли воспоминания о ее ужасном опекуне дяде Дугласе и о страшном времени, проведенном в Сент-Барте. Слезы сами собой полились из глаз Кэтрин. Леди Бекфорд обняла ее и принялась успокаивать, полагая, что девушка вновь переживает события, связанные с ее похищением.

Кэтрин ощутила искреннее участие и поддержку этой хрупкой женщины и прониклась к ней доверием.

Прошло несколько дней. Кэтрин видела, маркиза только за завтраком и ужином, все остальное время она проводила либо в обществе тети Уинни, либо в одиночестве. Сады в замке Раннинг действительно были великолепными, и Кэтрин часто гуляла там.

Кроме того, в замке была большая библиотека, а Кэтрин всегда любила книги, находя в них утешение. Ей нравились поэзия, романы, но особенно труды таких философов, как Сократ, Платон, Аристотель, Декарт. В библиотеке маркиза было очень много книг по медицине, врачеванию и лечебным растениям, и Кэтрин с интересом читала их.

На четвертый день пребывания Кэтрин в замке маркиз застал ее за этим занятием. Заметив в двери его высокую фигуру, она поспешно захлопнула книгу, которую читала, и спрятала ее под юбку, взяв при этом другой том.

Когда Личфилд прочитал заглавие книги, которую Кэтрин держала в руках, он очень удивился:

— Философский труд Декарта о сущности человека? Мало кто из женщин проявляет интерес к таким вещам.

Кэтрин снисходительно пожала плечами:

— Меня всегда интересовала философия. Платон говорил: «Жизнь без познания недостойна существования».

Люсьен улыбнулся:

— «Есть только одно добро — знание, и только одно зло — невежество».

— Это Сократ, — добавила Кэтрин и улыбнулась. — Он также говорил: «Я знаю только то, что знаю слишком мало».

Маркиз рассмеялся.

«У него очень приятный смех, — подумала Кэтрин, — не резкий, но низкий и мелодичный».

— А как называется другая книга, которую вы читаете?

— Какая… какая другая книга? — запинаясь спросила Кэтрин.