— Восемьсот пятьдесят восемь. Лорен Кайт. «Исфахан» грабит людей ради сорока долларов?

Вряд ли. Многое еще неясно в этом деле. В особенности — что потом случилось с боевиками. Судя по месту и времени записи — буквально сразу же после того, как они налетели на эту Лорен Кайт. Они затащили ее за угол, а там ее кто-то защитил. Кто?

Молдер принялся покадрово пролистывать запись, пытаясь найти ответ. И наконец обнаружил…

— Смотри!

Скалли вгляделась в изображение на экране. Да… За спиной нападающих маячит невнятный светлый силуэт, очертаниями напоминающий человеческое тело, смазанное на кадре из-за очень быстрого движения. Ни позы, ни телосложения, ни, тем более, лица человека разглядеть невозможно. Тем не менее очевидно, что это именно человек, и он находился там в момент нападения.

— Думаешь, это он? — В голосе Дэйны слышалась осторожность.

— Возможно… А возможно, и нет. На следующем кадре загадочного силуэта уже не было. Что за странный каприз видеозаписи? Стремительно набегающие террористы на переднем плане видны отчетливо, а эта фигура,

стоящая — стоящая ли? — на заднем плане, смазана до полной неразличимости. Или это такая невероятная скорость?

Сомнения, сомнения, сомнения…

— Нет, Молдер, слишком мало данных. Ничего мы не размотаем…

Понятно, что Молдер не сдастся, пока есть хоть малейшая зацепка.

— Остается только один человек, который может нам помочь.

Этот человек, разумеется, Лорен Кайт. Благо есть и имя и адрес. Остается только доехать.

Дом Лорен Кайт

Филадельфия, штат Пенсильвания

20 октября 1993

14:00

Лорен собирала вещи. Она уже передумала уезжать немедленно. Формально она не была еще уволена, и ей совсем не улыбалось угодить в черный список. С другой стороны, уложить вещи для переезда на новую квартиру — занятие более трудоемкое и утомительное, чем бросить в коробку парочку мелочей в конторе. Конечно, вещей не так уж и много, не успела еще ничего особого нажить, но все же… Лучше упаковаться загодя и не торопясь. А кроме того, надо же чем-то себя занять, отвлечь от тягостных мыслей, воспоминаний и предчувствий. Вот, например: как бы упаковать понадежнее эту массивную стеклянную табличку? Говард говорил, что она из какого-то небьющегося стекла, но кто знает… Чем-то подобным только и удается отвлечься. Ну, разве что еще заботой о коте по кличке Кот. Что с ним делать? Оставить здесь или взять с собой? Тащить в такую даль? Обречь еще одну невинную душу на разлуку и одиночество? Вон он как суетится и путается под ногами, предчувствуя перемены. Вот, в чемодан залез!

— Ну-ну, давай сюда.

Лорен взяла Кота на руки — и вздрогнула от звонка в дверь.

Кто бы это мог быть? Ничего хорошего от визитов ждать сейчас не приходится.

— Да!

Из-за двери спокойный голос:

— Мисс Лорен Кайт?

Почти автоматически Лорен открыла дверь. Двое в плащах.

— Э-э-э…

— Я агент Фоке Молдер, а это — агент Дэйна Скалли. Мы из ФБР. Можно войти?

— Но… У меня…

Пока Лорен растерянно соображала, чем оправдать отказ, Молдер, отодвинув ее, прошел внутрь. Скалли — за ним.

— Спасибо, мы ненадолго.

— Спасибо.

Но если Скалли остановилась возле хозяйки, сообразившей все-таки запереть дверь, то Молдер зашагал сразу куда-то в глубь комнаты, озираясь, осматриваясь.

Лорен растерялась. И тут Скалли подсунула ей две фотографии из протоколов задержания боевиков «Исфахана».

— Вы когда-нибудь видели этих людей? Лорен честно всмотрелась в лица.

— Нет…

— Не спешите.

Чего они от меня хотят?

— Простите, но я никогда их не видела.

— Боюсь, что вы ошибаетесь.

Еще одна фотография. Ночь. Она сама — перед банкоматом? — и двое за спиной. Откуда это у них?

— Данные наружного наблюдения. Получается, что те двое, схватившие ее тогда, и есть эти парни с фотографий? Но как в ФБР узнали? Да и не видела я их никогда, не разглядела. Ничего не знаю!

— Расскажите нам, что тогда произошло. Как такое можно рассказать?! Лорен попыталась — сбивчиво, путаясь в мыслях, перебивая саму себя:

— Эти парни… Они напали на меня… Я хотела получить деньги по кредитке. Я вырвалась… Я не хотела заявлять в полицию…

Чего они от меня хотят? Ну, напали. Ну, вырвалась. Инцидент исчерпан?

— Они были найдены мертвыми… Эта агент — Скалли? — явно ждет, что я скажу. Уж не хотят ли они меня обвинить в их убийстве?! Это же несерьезно. Ведь я тогда только… Ведь их убило…

И тут в беседу включился Молдер. Он подошел к Лорен, указал пальцем куда-то в угол той же фотографии, в силуэт, на который Лорен не обратила вначале внимания, и спросил:

— А этого человека вы раньше видели? Лорен еще раз послушно пригляделась. Да что тут можно разобрать? Это ведь ни на что не похоже. Даже на силуэт Говарда. Говард? Это — он? Да как он мог здесь появиться? Откуда бы ему… Он ведь уже… И снова этот привкус звона. Еще не звон, так, намек, легкий металлический привкус на зубах…

— Нет. Простите, я не могу вам сказать… Так будет честно — не «не знаю», а именно «не могу сказать». Все равно, если говорить, получатся или выдумки, или вранье, или беспочвенные догадки. Так — честнее. Молдер не отступался:

— А этот человек вас знает?

Кто? Говард? Конечно! Но это же не может быть он — на вчерашней фотографии! Что им сказать?

— Еще раз повторяю, я не могу вам сказать, кто он…

Когда они отцепятся?

Впрочем, уже, кажется, отцепляются.

Скалли открывает дверь, от которой так и не отошла. А Молдер достает из кармана визитку и говорит спокойным, участливым, но слегка укоризненным и убедительным тоном: