Марика неслась прямо сквозь черный дым. Она была настолько потрясена случившимся, что чуть не забыла, что не следует опускаться ниже уровня башен.

Больше всего пострадал монастырь. Бастион Рейгг выгорел почти дотла. Теперь пламя пожирало фабрики и дома союзников Рейгг.

Вокруг них суетились крошечные фигурки героически сражавшихся с огнем мет. Но эта борьба была обречена на неудачу. Марика пролетела над монастырем и увидела горы трупов, валявшихся повсюду — в закопченных двориках, у почерневших стен… Она опустилась пониже, хотя жар там еще не спал. Стены были горячими, как в печи для обжига извести. На всякий случай Марика обшарила руины прикосновением. Ничего живого.

Она и не ожидала встретить тут живых. Никто не смог бы выжить в этом аду.

Марика снова поднялась повыше и принялась бесцельно летать над городом, наугад посылая во все стороны пробные прикосновения. Душу терзала невыносимая боль. Так плохо Марике не было с тех самых пор, как кочевники разрушили ее родное стойбище и убили всех, кроме нее и Каблина. И еще кроме Грауэл и Барлог.

Грауэл! Барлог! Нет! Она не вынесет одиночества!

Прикосновения не обнаружили ни одной живой силты.

Проносясь над кварталом торговцев, Марика услышала выстрелы.

Наверняка стрельба имеет какое-нибудь отношение к причине этого бедствия.

Она спустилась пониже и увидела, как торговцы, укрываясь за ящиками, тюками и за углами зданий, обстреливают сторожку. Из сторожки тоже раздавались ружейные выстрелы. Рядом с домиком лежали две мертвые меты в ливреях Рейгг. Вокторы. Они обстреливают квартал.

Марике тут же стало понятно, что произошло. Эти охотницы каким-то образом избежали смерти в бушующем пламени и решили погибнуть в честном бою с теми, кто все это устроил.

Множество торговцев окружили сторожку. Без умолку трещали пулеметы.

Пули отбивали от стен домика кусочки камня. Вверх никто не глядел.

Впрочем, они все равно не увидели бы ее в этом дыму.

Марика подняла «седло» футов на сто, отделила от упряжки одного призрака и отправила его вниз, к торговцам, пока ее кораблик садился на взлетную полосу. Когда резные ноги деревянного зверя коснулись бетона, оставшиеся в живых торговцы уже улепетывали. Они пытались добраться до единственного на поле маленького дирижабля.

Марика слезла со своего скакуна и бросила им вдогонку призрака.

Торговцы умерли мгновенно.

Ружейная пальба прекратилась. Либо все охотницы погибли, либо узнали ее. Марика направилась к сторожке.

Жестоко израненная Грауэл выскользнула из двери и прислонилась к стене. Ее одежда промокла от крови.

Марика бросилась к охотнице и крепко обняла ее.

— Грауэл! Во имя Всесущего, что здесь произошло? Это безумие!

— Прошлой ночью, — с трудом прохрипела Грауэл ей в ухо. — Всю ночь горело. Пришел Колдун. Со своими бандитами. Сотни мятежников. У них было устройство, нейтрализующее силт. Он напал на монастырь. Некоторые из нас решили вырваться оттуда. Одна из сестер думала, что они прилетели на дирижаблях торговцев. Целое звено опустилось вечером в их квартал.

— Где Барлог?

— Внутри. Она ранена. Тебе надо будет помочь ей, Марика.

— Продолжай. Расскажи, что было дальше.

Марика подумала о той эскадрилье, которая встретилась ей по пути сюда. Это те же дирижабли? Почти наверняка. Она пролетала всего в тысяче футов от Колдуна, в существование которого до сих пор не верила.

— Они уничтожили монастырь. Ты наверняка уже видела.

— Видела.

— Потом они уничтожили все, что принадлежало Рейгг или Союзу Коричневых Лап. Потом начались пожары в городе. Думаю, они хотели убить всех, чтобы не осталось свидетелей, но пожар выгнал их из города. Они улетели всего пару часов назад, оставив здесь команду одного дирижабля. Наверное, хотели обшарить развалины, когда пламя угаснет.

— Пойдем внутрь. Тебе надо отдохнуть.

Марика помогла Грауэл идти. Охотница навалилась на нее всем весом.

Внутри осталось не больше дюжины охотниц. Большинство уже были мертвы.

Барлог лежала на боку, и из пасти у нее шла кровавая пена. Не пострадала только одна молоденькая охотница, но она была в состоянии, близком к истерике.

Среди раненых лежал Багнель. Торговец был связан, а в пасть ему был вставлен кляп. Марика склонилась над ним.

Багнель был все еще жив, хотя пуль в него попало немало. Он быстро пришел в себя, когда Марика вытащила кляп.

— Прости, Марика, — прохрипел он. — Я не знал, что происходит.

Марика вспомнила слова Грауэл о том, что налетчики уничтожали собственность Союза Коричневых Лап.

— На этот раз я тебе верю. Ты благородный мет. Насколько торговец может быть благородным. Мы поговорим с тобой потом. Сейчас у меня есть дела. — Она повернулась. — Грауэл! Ты будешь здесь старшей. Успокой эту щену, и пусть она делает все, что может. И еще. Я хочу, вернувшись, увидеть Багнеля живым и невредимым. Ты поняла, Грауэл?