3) 5.25 утра. В здании одно человеческое существо. Над горами Сан-Бернардино восходит солнце. Прогноз погоды: потепление, ослабление ветра, день благоприятный для самочувствия. Подвижные панели солнечных батарей, установленных на крыше и подпитывающих аварийные генераторы, а также двойные стрелы гигантских вогнутых зеркал – снаружи и внутри, – направляющие преобразованный свет в холл нижнего этажа, ориентируются по солнцу. Отмечены дополнительный прогрев микросхем и небольшое увеличение мощности.

РЕАКЦИЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ. На Землю ежегодно падает поток электромагнитной энергии 4х1018 джоулей. А все население на планете потребляет за год лишь 3х1014 джоулей – ничтожную часть этого потока.

4) 6.30 утра. Дикотиледоновое дерево. Толстые глянцевые вечнозеленые листья, особенно густые на макушке, вблизи окон верхнего этажа. Из правил ухода за растением: полив питательным водным раствором производить на уровне, эквивалентном годовой норме осадков в 100 дюймов. При избыточной влажности дерево начинает само поддерживать свою экосистему – трехсотфутовый ствол обвивают лианы, а на стволе появляются другие паразиты – орхидеи и мхи. Постоянный контроль за насекомыми-вредителями, особенно муравьями Трахимирмекс, и регулярная обработка инсектицидами и биопрепаратами. Состояние растения – хорошее.

РЕАКЦИЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ. В ежегодном отчете корпорации сказано, что дерево доставлено с диабазового плато в Бразилии. "Оно призвано символизировать неустанную заботу корпорации "Ю" о сохранении озонового слоя в одном из наиболее загрязненных городов мира".

Примечание: берегите и сохраняйте озоновый слой. Но при этом не забывайте и о другом свойстве озона (см. ниже).

5) 6.45 утра. В здании одно человеческое существо. Плавательный бассейн. Здесь озон используется уже с другой целью – для эффективного уничтожения бактерий. Сам бассейн расположен в центре спортивно-тренажерного комплекса. Постоянный контроль за работой полуавтоматического дозатора, через который поступает вода нужного состава. Поддерживается допустимая концентрация дезинфицирующих добавок. Обеспечиваются другие качественные характеристики, в частности рН (чем выше кислотность, тем сильнее разрушается зубная эмаль), определяющая эффективность и полноту дезинфекции. Органические загрязнения удаляются главным образом озонированием, что позволяет обходиться самым минимальным содержанием хлора в воде. Вы уверены, что работа всех систем бассейна отвечает требованиям безопасности? Состояние фильтрационно-очистного узла: на выпускном насосе закрыт выходной клапан. В результате перегрузки электромотора вода внутри насоса нагревается до кипения. Вероятная причина: ошибка человеческого существа. Инженер забыл открыть клапан. Исправляю ошибку. Теперь все в порядке.

РЕАКЦИЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ. Усвоение информации.

6) 8.30 утра. В здании 12 человеческих существ. Наружная температура воздуха +71,50F. Дежурный запрос по информационному каналу на центральный пульт о свежих данных по метеоусловиям. Вычисление на базе полученных данных необходимого изменения параметров кондиционирования воздуха внутри здания. Заключение: температура наружного воздуха, вероятно, будет расти, поэтому включаю кондиционеры и снижаю температуру в помещениях на пять градусов. Одновременно воздух автоматически ароматизируется бромсодержащим дезодорантом, создающим свежий запах морского бриза. Запускаю автоматические кофеварки, установленные в фойе первого этажа, а также на семнадцатом этаже, где строители уже приступили к работе. Горячий кофе. Арабика. Тонкого помола.

7) 9.45 утра. В здании 40 человеческих существ. Приступаю к мытью 1120 окон – с помощью щеток «Миннесман» и раствора безионного синтетического порошка, изготовленного на основе калифорнийского лимонного сока. Инженерные сооружения, 3-й блок: провожу очистку от первичных (углеводороды, водяной пар, окись углерода и тяжелые металлы) и вторичных (озон, двуокись азота, органические соединения, кислые нитраты и сульфаты) источников загрязнения поступающего снаружи воздуха, особенно из перемешанного приземного слоя. Проблем нет.

Находившийся в подвальном этаже Решетки Аллен Грейбл, стоя на четвереньках, судорожно дотянулся до початой бутылки водки. Та оказалась пустой. Ему чертовски захотелось посетить какой-нибудь бар или винный магазинчик, а для этого придется выскочить наружу. Он взглянул на часы – одиннадцать. Вот только дня или вечера? Собственно, без разницы. В любом случае что-нибудь да открыто. Но все-таки ночью, когда в здании никого не было, было легче проскочить туда и обратно. Аллен приятно удивился, что был в одежде, потому что здорово ослаб. По крайней мере, сэкономит силы на одевании.

Он обвел взглядом небольшую комнату, в которой очутился. Для чего она, черт возьми, предназначена? Ему-то как раз следовало знать, ведь он чертил все схемы помещений. Возможно, какая-нибудь кладовка. Не считая его, комната была пуста – только он и раскладушка. Хорошо, что он все-таки вспомнил это местечко. По счастливому стечению обстоятельств еще пару месяцев назад он приволок сюда эту раскладушку, когда ему приходилось задерживаться на работе до двух-трех часов ночи.

Поднявшись с пола, Грейбл несколько раз тяжело вздохнул и повернул ключ в двери. Он запирал дверь на случай, если кому-нибудь пришло бы в голову спуститься в подвал. Хотя это было и маловероятно. Дверь со скрипом приотворилась, и он осторожно выглянул в коридор. Никого. Протопав несколько ярдов до мужского туалета, Аллен открыл кран и умылся, стараясь при этом не смотреть в зеркало на свою помятую, небритую рожу. Закончив водные процедуры, он прошел по коридору мимо женского туалета, раздевалок и генераторной. Дальше проскользнул на площадку около лифтов и, осторожно миновав лестничный пролет, добрался до гаража. Только теперь он понял, что наступило утро. Свет в подвал проникал через зарешеченные окна, и на стоянке он заметил несколько машин. Среди них он узнал «лексус» Митча и «кадиллак-протектор» Эйдана Кенни. Аллен пересек весь гараж и наклонился к микрофону у выездных ворот.

– Это Аллен Грейбл, – произнес он в микрофон и нетерпеливо отступил на шаг назад, пока открывались подъемные двери. И как только те приподнялись на два-три фута от пола, он поднырнул под них и, торопливо преодолев небольшой подъем позади здания, направился по Хоуп-стрит в сторону центра.

Вход и выход из здания постоянно контролировались компьютерной системой кодирования и распознавания, или сокращенно – КСКР. Если компьютер не находил в памяти чей-нибудь голос-пароль, тот лишался права прохода в здание, пользования телефоном, лифтом или автоматическим пультом. И стоило любому человеку попасть внутрь, автомат фиксировал его и заносил в соответствующий список до тех нор, пока тот не обращался к компьютеру с просьбой выпустить его из здания. Такой порядок входа и выхода распространялся на всех, за исключением Грейбла.