— Думаю, нам придется отложить встречу по меньшей мере с тремя из этих людей... Итак, вы просто посидите в кабинете сенатора и понаблюдаете за ее работой. Так вы сможете решить, какие эпизоды ее рабочего дня следует включить в передачу. Разумеется, если ей понадобится обсудить какие-нибудь конфиденциальные вопросы, вас попросят удалиться. Я поставил для вас стол в ее личном кабинете, чтобы ваше присутствие не слишком бросалось в глаза.

— Вы предусмотрели все, — сказала Пэт. — А как насчет чудесной широкой улыбки? Вы должны будете продемонстрировать нечто подобное перед камерой, когда мы начнем снимать.

— Я приберегу свою улыбку до тех пор, когда увижу окончательно отредактированную версию программы, — сухо пообещал Бакли, но немного расслабился.

Абигайль Дженнингс вошла в кабинет через несколько минут.

— Я рада, что вы здесь, — обратилась она к Пэт. — Мы не смогли связаться с вами, и я уже забеспокоилась, не уехали ли вы куда-нибудь.

— Мне передали ваше приглашение вчера вечером.

— Хм. Лютер не был уверен, сможет ли вас разыскать.

«Ах вот оно что — сенатору не терпится узнать, где я пропадала...» — пронеслась мысль у Пэт, но она не собиралась раньше времени раскрывать свои карты.

— Но уж теперь я стану вашей тенью, по крайней мере до конца работы над программой, — заверила она сенатора. — Вам, вероятно, еще успеет надоесть моя физиономия.

Абигайль никак не откликнулась на шутку.

— Я должна иметь возможность быстро связаться с вами, если потребуется. Лютер говорил, что вы хотели обсудить со мной некоторые вопросы. С моим расписанием дело обстоит так, что я часто до последней минуты не знаю, когда выпадет свободная минутка. Ну а теперь — за работу.

Пэт последовала в личный кабинет сенатора, где Абигайль сразу же погрузилась в изучение текущих дел. Один из докладов, положенных ей на стол, поступил слишком поздно, и сенатор резким тоном потребовала объяснений.

— Я должна была получить его еще на прошлой неделе.

— Мы не успевали собрать цифровые данные, — смущенно ответил Бакли.

— Почему?

— Просто не хватило времени.

— Когда не хватает времени в течение дня, то нужно использовать еще и вечера, — отрезала Абигайль. — Если кто-то из моих сотрудников собирается работать лишь от звонка до звонка, то пусть сообщит мне об этом.

В семь часов начался прием. Уважение Пэт к сенатору Дженнингс росло по мере того, как она следила за разговором с каждым новым посетителем. Лоббисты [7] от нефтяной промышленности; борцы с загрязнением окружающей среды; представители Совета ветеранов, требующие увеличения пособий... Совещание по подготовке нового билля о жилищном строительстве. Представитель финансовой инспекции об освобождении от налога лиц со средним доходом. Делегация граждан преклонного возраста, протестующих против сокращения бюджета в сфере социального обеспечения.

Когда собрался сенат, Пэт проводила Абигайль и Филиппа Бакли до палаты. Пэт не была аккредитована на время сессии, а следовательно, не могла занять место в журналистской ложе и направилась на балкон для гостей. Она видела, как сенатор с непринужденной улыбкой вошла в зал, на ходу приветствуя коллег, чья внешность оказалась на удивление разнообразной. Здесь были долговязые и коротышки, болезненно-тощие и тучные, кто-то с буйной шевелюрой, кто-то с аккуратной стрижкой, а кто-то — лысый. Несколько человек выглядели как университетские профессора. Женщин, кроме Абигайль, среди сенаторов было только двое: Клер Лоуренс из Огайо и Филлис Хольцер из Нью-Хэмпшира — независимая кандидатка, неожиданно для всех одержавшая победу над своими именитыми соперниками на выборах.

С особым интересом Пэт наблюдала за Клер Лоуренс. Младший сенатор от Огайо появилась на заседании в темно-синем вязаном костюме-тройке, уютно облегавшем ее ладную фигуру. Короткие, с проседью, волосы, вьющиеся от природы, мягкой волной обрамляли угловатое лицо. Пэт отметила то явное удовольствие, с которым коллеги приветствовали миссис Лоуренс, и взрывы смеха, сопровождавшие ее реплики. Клер Лоуренс относилась к тем редким людям, чьи остроумные замечания подхватываются на лету; ее быстрый ум помогал разрядить атмосферу в самых горячих схватках, и при этом она отнюдь не сдавала своих позиций.

Пэт написала в блокноте слово «юмор» и подчеркнула его двумя чертами. Абигайль справедливо считали серьезной и непреклонной. Неплохо бы включить в программу несколько забавных эпизодов, гармонично вплетая их в канву фильма.

Длинный настойчивый звонок призвал законодателей к вниманию. Старший сенатор от Арканзаса занял председательское место, принадлежащее заболевшему вице-президенту, и после краткого обсуждения процедурных вопросов предоставил слово старшему сенатору от Виргинии.

Абигайль встала и без намека на нервозность надела очки для чтения. Простая гладкая прическа подчеркивала изящество линий ее профиля и шеи.