– Зачем? – тихо спросил я и выпил горилку. Список выходил приличный. Часть имущества получится списать, но и на мне нехило повиснет.

– Мне деньги нужны были.

– Зачем тебе деньги в рейде? – устало поморщился я, прикидывая, не пристрелить ли мне его прямо сейчас – благо, и до ружья тянуться не надо. Нет, не время, да и причина не та. В Форте сочтемся.

– Я верну, как только в Форт вернемся, сразу верну, – зачастил Макс, словно прочтя мои мысли. – Честно. У меня деньги будут.

– Зачем тебе нужны были деньги?

– Я на Араба поставил, – выдохнув, сознался Макс.

– Бой с Магометовым на следующей неделе? – догадался я.

– Да.

– Один к трем ставил?

– Ну.

– Хоть не у Гонзы? – Я почесал кончик носа.

– У него.

– Зажмет он твой выигрыш, – с набитым ртом проговорил Ворон. – Меня эта сволочь один раз кинула.

– Посмотрим… – пробурчал я. Связываться с этим гаденышем не хочется, но мой выигрыш – да, теперь уже именно мой – ему не достанется. Надо будет, на куски порежу. И плевать, что он не только Торговому Союзу, но и Семёре процент отстегивает. Главное, чтобы Араб Магометова сделал. – Ладно, Макс, отложим этот разговор до возвращения.

– Спасибо!

– О чем речь вообще? – Ветрицкий ничего не понимал. – Бои без правил, что ли?

– Бокс. – Макс залпом замахнул полстакана горилки. – Бой за звание чемпиона Форта.

Вообще-то Ветрицкий не так уж намного и ошибся. Правил действительно было немного. Ниже пояса не бить, удары локтями и ногами не наносить. Вот, пожалуй, и все. Количество раундов не ограничено, ну и очки, понятное дело, никто не считает. Кто на ногах остался, тот и победил. Самые популярные состязания в Форте. И ставки на поединки делались просто громадные.

– Сколько уже времени? – Я оглядел стены в поисках ходиков.

– Двенадцать. – Ворон достал часы и отпустил их болтаться на цепочке. – Не сможет Араб чемпиона положить. Маг его одной левой сделает.

– Ты это мне говоришь? – завелся Макс. – Я десять лет боксом занимался. Видел я, как ваш хваленый Маг боксирует, открывается постоянно. Араб его порвет.

– Ты еще скажи, как тузик тряпку. Спорим, Арабов в первом раунде ляжет?

– Сам ты ляжешь. Это Магометову больше трех раундов не продержаться. Он здоровый, но техника никакая, и двигается, будто в штаны наложил.

– Араб – задохлик. Хороший удар в дыхалку – и он сдохнет.

– Маг – тормоз.

– Да ты ваше ни фига в боксе не шаришь.

– Я?! – брызнул слюной Макс и от возмущения аж привстал со стула.

– Спорим, не подеретесь? – Ветрицкий убрал пустую бутылку под стол.

– Да ладно. – Макс отодвинул тарелку. – Хотите, загадку загадаю?

– Давай.

– Между ног болтается, на «X» называется? Ворон открыл рот, но Макс быстро сказал:

– И совсем не то, что ты подумал.

– А че? Хвост?

– Часы. А на «X», потому что хреновые. – Макс встал из-за стола. – Пойду отолью.

– Брейк. – Жан махнул ладонью перед лицом напрягшегося Ворона.

– Да пошел он, – выругался тот в спину Максу. Часы – это святое.

К моему удивлению, уборная располагалась не во дворе, а в доме. Попасть туда можно было, не выходя на улицу, через завешенный покрывалом проем справа от входной двери. А что там на дворе за сарай тогда?

– Что делать будем? – Ветрицкий сыто оглядел остатки еды.

– Еще по чуть-чуть? – предложил Ворон.

– Нет, – не раздумывая, отказался я. Не хватало набраться. – На сегодня хватит.

– Никто не будет? – Не дождавшись согласия, Ворон направился к кухонному окну. – Тогда я себе возьму.

– Меру надо знать, – наставительно произнес Жан. – Все проблемы у людей оттого, что меры не знают.

– И не говорите, – вздохнув, согласился я. Если нажрется, с собой не потащу, пусть к подружке катится.

– Прикиньте, там бумага туалетная есть, – заявил Макс, вернувшись к столу.

– И что такого? – не понял его Ветрицкий.

– Ты не въехал – не газета нарезанная, а нормальная туалетная бумага.

– Не свисти, – не поверил Николай.

– Иди сам посмотри.

– Пойдем стырим, – предложил Ветрицкий.

– Пошли, – согласился Макс.

– Вещи забирайте. Мы вас на улице ждать будем, – остановил их я. Состояние у меня какое-то непонятное: на улице холодно, в помещении душно. И горилка вообще не берет, хотя вроде и не бавленная. Парни оделись, похватали вещи и отправились в туалет. Как дети малые. И чего их газеты не устраивают?