— Возьмите что-нибудь поесть!

Когда Джей удалился, доктор произнес:

— Эти американские киношники все одинаковые.

— Да?

— Ну, знаете — нахальные, циничные, самовлюбленные.

— Вы знакомы с Джеем Гроссманом? — неприветливо спросила Линда.

— Скажем так — у нас есть общий друг.

— Кто? — резким тоном спросила она.

— Я не называю имен и не хвастаюсь победами.

— Что? — она внезапно испытала неприязнь к доктору.

Он загадочно улыбнулся:

— Я знаю одну из его экс-жен.

— О, — она попыталась скрыть свой интерес.

— Очаровательная женщина, — продолжал врач. — Похоже, она с ним намучилась. Недавно снова вышла замуж.

— Лори? — сухим тоном спросила Линда.

Доктор, похоже, удивился.

— Да. Она в Лондоне со своим новый мужем. Он очень богат.

— Как интересно, — саркастически обронила Линда; быстро наложив себе еду, она вернулась в гостиную. Доктор следовал за ней по пятам.

Сесть было некуда.

Джей и блондинка сидели на диване.

— Линда, — произнес он, приглашая ее к себе.

— Извините меня, — сказала она врачу.

Джей встал и усадил Линду на свое место. Блондинка бросила на нее сердитый взгляд.

— Сьюзан, — сказал Джей, — я хочу познакомить тебя с моим очень хорошим другом, Линдой Купер.

— Здравствуйте, — Сьюзан натянуто улыбнулась.

Доктор опустился перед ними на корточки и стал жадно поглощать еду с полной тарелки. Джей удалился в другую часть комнаты.

Внезапно встав, Сьюзан сказала Линде:

— Возможно, ваш приятель тоже хочет сесть.

Блондинка направилась к Джею, а доктор быстро сел рядом с Линдой. Он явно не собирался отпускать ее от себя.

— Могу я позже отвести вас домой? — спросил врач.

— Извините, я приехала на своей машине.

— Жаль.

Он покачал головой.

— Может быть, мне стоит поехать за вами и убедиться в том, что вы благополучно добрались до дома, — усмехнулся врач.

Она была готова закричать — какой же он зануда! Линда, не потрудившись ответить доктору, встала. Он тоже поднялся с дивана.

— Извините меня, — твердо сказала она. — Мне надо в дамскую комнату.

Наверху, в спальне Моники, было тихо. Линда села у туалетного столика и поправила выбившуюся прядь. Не обидится ли Моника, если она сейчас уйдет? Ну и пусть. Она поискала свою шубу среди одежды, валявшейся на кровати. Похоже, новое черное шифоновое платье, в котором Линда появилась у Моники, было куплено напрасно.

Найдя шубу, Линда спустилась вниз и тихонько выскользнула из дома. Завтра она позвонит Монике и объяснит, что у нее разболелась голова и она решила уйти, не попрощавшись. Моника, вероятно, рассердится и больше не пригласит ее к себе, но это не беда. Она бы веселее провела время с детьми, чем в гостях.

Дома Линда медленно разделась, спрашивая себя, зачем три часа назад она тратила силы на макияж в предвкушении удовольствия от скучной вечеринки у Моники. Кого она надеялась встретить? Прекрасного принца?

Ее охватила тоска. Сейчас балом правят девушки вроде Сьюзан — изящные, с гибким телом. Посмотри правде в глаза, Линда, подумала она, лучшие годы позади, ты отдала их Дэвиду. Ты — разведенная женщина с двумя детьми. Теперь тебе придется довольствоваться мужчинами второго сорта.

Она провела остаток вечера в одиночестве. Один раз в ее голове мелькнула мысль, а не позвонить ли Полу, но здравый смысл одержал победу. Может быть, она совершила ошибку, разведясь с Дэвидом. Возможно, ей следовало дать ему шанс. Нет, она поступила правильно — одиночество лучше жизни во лжи.

Она провалилась в беспокойный сон.

Через час ее разбудил телефон.

— Алло? — сонно произнесла Линда.

— Вы сознательно избегаете меня?

— Что?

Она еще не проснулась окончательно.

— Я оставил вам сообщения, но вы мне не отзвонили. Вы игнорировали меня вчера, а потом просто убежали. Я хочу завтра пообедать с вами. Никакие извинения не принимаются.

— Хорошо, Джей, — ее голос прозвучал чуть слышно.

— Я заеду за вами в восемь. Звонить больше не буду, чтобы вы не смогли отказаться. Я звоню вам в четвертый раз.

Она не знала, что сказать.

— Итак, завтра в восемь, — произнес после короткой паузы Джей, — и наденьте то черное платье, которое было на вас сегодня. Оно великолепно.

Внезапно мир вспыхнул яркими красками. Джея Гроссмана никак нельзя было отнести к мужчинам второго сорта.

Наконец Конрад вернулся. Он отсутствовал полтора часа. Клаудии надоело читать журналы и ждать, она испытывала раздражение. Девушка спрятала его за улыбкой.

Конрад был пьян. Он грубо обнял ее, ощупав тело девушки своими мясистыми пальцами через тонкое платье.