— Я люблю тебя, папочка.

Он уложил ее и прошел в главную спальню. Она была пуста. Дэвид немного удивился. Где Линда?

Дэвид знал, что остальная часть дома безлюдна. Вероятно, Линда ушла в кино или еще куда-то, хотя это непохоже на нее.

Он выглянул в окно — на дорожке, ведущей к дому, не было машины жены. Дэвид поискал записку и не нашел ее.

Он прошел в комнату Аны и постучал. Домработница подошла к двери, придерживая рукой свой полупрозрачный халат. На верхней губе у нее пробивался темный пушок.

— Где миссис Купер? — спросил Дэвид.

— Она ушла около восьми часов, — сказала Ана на плохом английском.

— Она сказала, куда пошла?

— Нет.

— Когда она должна вернуться?

— Не знаю.

На этом беседа закончилась.

Он вернулся в спальню, принял душ и заснул, читая газету в кровати.

В таком положении его и застала вернувшаяся Линда. Она была рассержена — он обещал приехать к двенадцати и снова опоздал. Слава Богу, Дэвид спал — косметика на лице Линды размазалась, волосы были растрепаны.

Она знала, что, увидев ее, он все поймет. Она поспешила в ванную и переоделась в халат. Затем пустила воду. Если он теперь проснется, ее вид не будет иметь значения.

Дэвид проснулся.

— Где, черт возьми, ты была? — спросил он.

— Ходила в кино. А где был ты?

— Тебе известно, где я был. Сеанс заканчивается без четверти одиннадцать. Где ты провела последний час?

— Полагаю, ты был с Филиппом, — сказала она, не замечая его вопроса.

— Да, ты это знаешь.

— Я тоже была с ним.

Он растерянно уставился на нее:

— Что ты имеешь в виду?

— Я в такой же степени была с Филиппом, как и ты.

— Ты пила?

— Нет, Дэвид, я не пила. Я позвонила Эбботтсонам домой после телефонного разговора с тобой, и пока я беседовала с Мэри, пришел Филипп. Он понятия не имел о встрече с тобой.

Дэвид принялся лихорадочно соображать.

— Да, произошла небольшая путаница. Я думал, что он вернется ко мне позже, но потом я вспомнил — он сказал, что не сможет, и мне пришлось пообедать с гостями фирмы.

Она подняла бровь.

— Но ты только что сказал, что был с Филиппом.

— Да — потому что я знал, что ты не поймешь.

— Ты прав, я не понимаю. А теперь, пожалуйста, я могу принять ванну?

— Ты такая странная, Линда, — он повысил голос. — Слушай, я уже давно дома. Я сводил этих троих мужчин в «Карло», встретил там Джея и Лори Гроссманов. Теперь ты мне веришь? Они приглашают нас пообедать с ними завтра, и я согласился. Можешь спросить их, с кем я был. О'кей?

Возможно, он говорит правду.

— Хорошо, — устало вздохнула Линда. Она слишком устала, чтобы спорить.

Он удалился в спальню. Линда приняла ванну. Их мысли блуждали в параллельных плоскостях. Оба не хотели ввязываться в дискуссию о том, кто где был, — эта тема представляла опасность, каждый рисковал оказаться разоблаченным.

Когда Линда подошла к постели, Дэвид подумал — как она хороша в длинной шелковой ночной рубашке, соблазнительно облегавшей ее фигуру.

Он первым нарушил молчание:

— Где ты хочешь пообедать завтра?

— Мне все равно, — сухо отозвалась она.

— Джей сказал, что Лори хочет пойти в «Савой-гриль», — это скучноватое заведение, но они в Лондоне гости, пожалуй, нам следует согласиться.

— Думаю, да.

Она погасила свой ночник и повернулась спиной к мужу.

— Что нового у детей?

— Ничего существенного.

Он закурил сигарету.

— Совсем не хочется спать, — заметил он.

— Почему бы тебе не почитать? На столе лежит книга, которую ты начал три месяца тому назад.

— Мне не хочется читать.

— Тогда гаси свет и постарайся заснуть.

— У тебя красивая ночная рубашка, она новая?

— Нет, я ношу ее уже два года, — она вздохнула, мечтая о том, чтобы он замолчал.

Он обхватил рукой ее левую грудь. Линда сжалась в напряжении. О Господи, нет, подумала она, не сегодня, пожалуйста, Господи, не сегодня. После стольких ночей, когда я лежала тут, до боли желая его, надо же было ему выбрать сегодняшнюю.

Он придвинулся к жене.

— В чем дело?