– Думаю, Миллер чувствует себя преданным, – заметил Элиот. Я нахмурился.

– Отречение Лэнга испачкало Миллера. Вспомни, он все время поддерживал версию Лэнга.

– Он выглядит грязным потому, что сам запачкался, – сказал Элиот.

– Можно и так посмотреть, – согласился я. – Но это Чикаго. На твоем месте, я не стал бы заглядывать под ногти каждому полицейскому.

Фрэнк Нитти и его адвокат стояли неподалеку, Нитти все время улыбался. Пару раз я заметил, как он посмотрел в мою сторону, но, возможно, из-за того, что я стоял с Элиотом, сразу не подошел. Но в конце концов он оказался рядом и кивнул Элиоту.

– Мистер Несс.

– Мистер Нитти, – ответил, кивая, Элиот. Мне показалось, что Элиот и Нитти, как и Элиот с Барни, относились друг к другу с определенным уважением; и если мои подозрения относительно Элиота оказались правильными – что он действительно был в приятельских отношениях с прокурором и пытался помочь мне не завязнуть в лжесвидетельствовании, – получалось, что некоторым образом мой друг помогал и главе преступного клана – Нитти. Иронию ситуации уловил, похоже, и Нитти.

– Вы здесь не для того, чтобы мне поспособствовать, а, мистер Несс? – спросил он. Элиот пожал плечами.

– Если кто-то попытается вас пристрелить, я готов.

Нитти улыбнулся.

– Желающие имеются и среди присутствующих здесь.

Выражение лица Элиота стало холодным.

– Да, я слышал.

Нитти переступил за границы дозволенного и понял это. Он повернулся ко мне и сказал:

– У меня предчувствие, что для вас все это позади.

– Уверен. Не думаю, что совесть явилась причиной того, что Лэнг вдруг забыл, кто его ранил.

– Вы так считаете?

– Если я относительно вас не ошибаюсь, – а это вряд ли, – то, может быть, я... Ладно. Я плачу свои долги, вот и все.

Он снова пожал плечами, улыбнулся почти нервно и развернулся, чтобы вновь присоединиться к своему адвокату. Только адвокат-то стоял сразу за ним, отчего Нитти попал в неловкое положение и огрызнулся на того по-сицилийски. Адвокат принял это стоически, они пошли по коридору, и к тому времени, как остановились, Нитти уже снова улыбался.

– Если ты не веришь ему, – заметил Элиот, – достаточно спросить у Сермэка.

– Что?

– Платит Нитти свои долги или нет.

Когда суд пришел к согласию, у прокурора уже был готов для Лэнга ордер на арест по обвинению в лжесвидетельстве, и его взяли под стражу.

– Мне хотелось бы предложить залог в десять тысяч долларов. Ваша Честь, – сказал прокурор. Судья возразил:

– Залог будет в две тысячи долларов. И этого вполне достаточно. В конце концов, он полицейский. А полицейское жалованье часто запаздывает, как и у всякого работника муниципалитета...

– Хотите сказать, бывшего работника, – заметил прокурор.

Элиот наклонился ко мне и прошептал:

– Но тем не менее жалованья полицейского ему, видимо, хватило, чтобы нанять такого дорогого адвоката.

Прокурор объявил:

– Штат вызывает Натана Геллера.

И я занял место свидетеля.

Лэнг и его адвокат сидели в первом ряду. Один помощник шерифа сидел рядом с Лэнгом, несколько других были неподалеку. Лэнг смотрел в сторону, не очень интересуясь, что я скажу.

А с какой стати он должен интересоваться? Не было ничего, что ему бы не было известно: я просто рассказал что на самом деле произошло в конторе на Уэкер-Ла-Саль.

Теперь все глаза были устремлены на меня; репортеры писали быстро и увлеченно. Толстяк Миллер впал в состояние оцепенелого бешенства.

В одном месте мой рассказ прервали и попросили показать, как я держал Нитти за запястья до тех самых пор, пока Лэнг не выстрелил в него.

– Как ранили Лэнга? – спросил прокурор.

– Нитти лежал без сознания, – сказал я. – Лэнг, должно быть, выстрелил в себя сам.

По залу суда пронесся ропот. Лэнг посмотрел на меня отрешенно и вновь отвернулся.

Я ожидал, по крайней мере, несколько вопросов о том парне, которого я застрелил. Но ни защита, ни прокурор ни о чем не спросили. Я думал, что за это ухватится адвокат Лэнга, но и он этого не сделал...

Вызвали Миллера.

– Лэнг вошел и сказал: «Он в меня выстрелил», – рассказывал Миллер прокурору. – Я вышел в комнату, где произошла стрельба, и подобрал револьвер, из которого был сделан один выстрел.

Адвокат Нитти задал Миллеру несколько вопросов.

– Почему Нитти до того, как его ранили, вывели в другую комнату? – допытывался он. – Это было сделано для того, чтобы убить его без свидетелей?

– Это вы должны спросить у Лэнга.

– Где вы были между четырьмя и пятью тридцатью?