Хэн Соло посмотрел на вечереющее небо. Что там теперь? Неужто прошло восемнадцать лет? Целых восемнадцать лет с тех пор, как он взялся подвезти сумасшедшего старика по имени Бен Кеноби и юнца с Таттуина по имени Люк Скайвокер. С тех пор жизнь его коренным образом изменилась. Да, по большому счету, изменился и весь ход истории галактики.

После разгрома Великого Адмирала Трауна и Темного Мастера Джедая минуло девять лет. И столько же времени прошло с момента рождения двойняшек, и чуть больше семи лет назад появился на свет Анакин.

–  Капитан Соло?
– Незнакомый женский голос вывел Хэна из задумчивости. Голос был низкий, хрипловатый. В нем звучала скрытая угроза: слишком уж он был тих, спокоен, холоден.

–  Да, - медленно повернулся Хэн к говорящей.
– Меня зовут Соло.
– Из вечерних сумерек в дверях ангара возникла невысокая худенькая темнокожая женщина. На ней была синяя униформа, какую носят служащие республиканского ВМФ. Впрочем, Хэн мог и ошибиться. Он плохо себе представлял, какая нынче форма у флотских.

–  А вы кто такая?

Женщина со спокойной улыбкой подошла ближе. Молодая, лет, наверное, двадцать пять. Широко расставленные холодные глаза. И при этом вроде бы косит. Хотя взгляд направлен на Хэна, кажется, будто смотрит не на него, а за него, даже не за него, а куда-то вверх. Черные как смоль волосы заплетены в косу, аккуратно уложены на темени.

Уверенной походкой женщина подошла к Хэну.

–  Рада с вами познакомиться, - проговорила она.
– Можете звать меня Календой.

–  Великолепно, - отозвался Хэн.
– Я зову вас Календой. Ну и?

–  У меня есть для вас работа…

Хэн Соло хотел было оборвать незнакомку, но затем передумал. Она, по всей видимости, знала, кто он такой. Хотя, с другой стороны, кто ж его не знает? Ведь Хэн, Лея и Люк известны всей Республике. Но если она его знает, то должна знать и то, что у Хэна нет необходимости подрабатывать. Тут что-то другое.

–  Продолжайте, - произнес Хэн, стараясь придать своему голосу бесстрастное выражение.

Какой у нее все-таки странный взгляд. Хотя теперь она смотрит в сторону Чубакки.

–  Нельзя ли переговорить с вами с глазу на глаз?
– тихо проронила женщина.

Чуви что-то прорычал, но Хэн даже не оглянулся на него. Он и без того знал, какое сейчас у Чубакки лицо.

–  Может, не стоит?
– возразил Соло.
– Не хочу, чтобы вы сообщали мне нечто такое, чего не может услышать Чубакка.

–  Что ж, - согласилась незнакомка.
– Давайте поговорим втроем.

–  Ладно, - сказал Хэн Соло.
– Тогда потрудитесь подняться на борт "Сокола".

Календа нахмурилась. Предложение Хэна ей, видимо, пришлось не по душе. Ведь "Сокол" был территорией, принадлежавшей Хэну Соло.

–  Хорошо, - отозвалась женщина.

Хэн махнул в сторону корабля и насмешливо поклонился:

–  Милости просим.

Над стеной ограждения площадки для стендовых испытаний беззвучно завис Зонд-дройд. Быстро оценив ситуацию, он спустился вниз и юркнул в груду ящиков, прячась от посторонних взглядов. Окрашенный в матово-черный цвет, он был почти незаметен в сгущающихся сумерках. Он внимательно разглядывал людей и вуки, поднимающихся по трапу.

Дройд выдвинул аудиозонд и нацелил его на "Сокола". После секундного колебания он придвинулся еще ближе к кораблю. Хозяева должны получить качественную запись предстоящего разговора, так что риск вполне оправдан.

Календа вошла внутрь корабля. Хэн и Чуви проследовали за ней. Вежливей, конечно, было бы войти первыми, но Хэну хотелось позлить незваную гостью, а у него было как. раз такое ощущение, что она не любит, когда у нее за спиной кто-то стоит. Он не удержался от соблазна досадить дамочке.

Оказавшись на борту "Сокола", Календа уверенно зашагала прямиком к кают-компании. Когда туда вошли Хэн и Чубакка, она как ни в чем не бывало сидела уже в самом удобном кресле.

Хэн не сразу сообразил, что женщина здесь прежде никогда не бывала. Она, видно, успела надыбать где-то план корабля и запомнить расположение его помещений. И тем самым дала понять, как основательно она подготовилась к этой встрече, как много она знает о Хэне.

Что ж, поделом. Хэн решил подколоть Календу, и, естественно, она отплатила ему той же монетой.