Начальника службы безопасности не пришлось долго дожидаться.

Через полчаса Субботин открыл дверь Чеснокову и, проводив его в свой кабинет, включил тихую музыку. Не дай Бог супруга Татьяна Евгеньевна услышит обрывки мужского разговора. Усадив Чеснокова в кресло, Субботин, расхаживая по комнате, обрисовал ситуацию.

Один негодяй по фамилии Тарасов знает о жизни Субботина некоторые пикантные подробности, которых знать не должен. Тарасов вымогает у него деньги. Астрономическую сумму Субботин называть не стал, цифры Чеснокову знать необязательно. Дураку набитому понятно, что пикантные подробности из жизни Субботина и десятой и сотой доли этих денег не стоят.

Субботин продолжал говорить, оживленно жестикулируя.

Милицию в разборку вмешивать нельзя. Нужно все решить своими силами. Этот шантажист в далеком прошлом неплохой боксер, увлекался стендовой стрельбой. Короче, опасный тип. Субботин обрисовал, куда он должен прибыть завтра с деньгами. Он внимательно посмотрел на Чеснокова.

– Сможешь это сделать?

Тот поправил галстук и равнодушно пожал плечами.

– Почему нет? Сделаем.

Чесноков, покусывая губу, о чем-то задумался. Субботин сходил на кухню, вернулся с новой бутылкой коньяка. Чесноков от выпивки отказался. Субботин проглотил рюмочку, закусил куском соленой рыбы. Теперь он чувствовал себя прекрасно. Страх, парализовавший его час назад, бесследно исчез. Он был готов к бою.

– Очевидно, Тарасов будет ехать за вами, пока не убедится, что вы одни на дороге, – сказал Чесноков. – Тогда он свяжется по сотовому, предложит остановиться. Ну, чтобы забрать деньги. В этот момент я его прихлопну. Таков примерный план. Я буду сидеть в багажнике машины. У «Вольво» просторный багажник. Но это ещё не все. Двое ребят из нашей охраны поедут следом. Они, естественно, будут слышать наш разговор, и ориентироваться по нему. Если что случится, они вооружены и знают, что делать.

– А деньги? Он сказал привести сумму мелкими купюрами. По десятке. Это примерно чемодан.

– Хорошо. Я приготовлю чемодан с резаной бумагой, то есть сделаю куклы. Со стороны будут смотреться, как настоящие деньги. Нужно пощупать руками, чтобы понять, что это фальшак.

– Слушай, а может, взять настоящие деньги? У меня есть некоторая сумма…

– Не надо, – покачал головой Чесноков. – Мы ведь можем пристрелить его с раскрытым чемоданом в руках. Именно в момент передачи денег. Тогда купюры никаким порошком не отстираешь. Деньги пропадут. Я гарантирую вам полную безопасность. И двое самых опытных ребят из охраны будут нас страховать. И, когда надо, я смогу открыть багажник изнутри. Не волнуйтесь, я уже делал такие штуки. Тарасов мой.

– А как ты сам будешь ориентироваться? Ну, там в багажнике?

– За заднее стекло помешаем видеокамеру размером с наперсток. Обзор триста шестьдесят градусов. Камера хоть и крошечная, но чувствительная. К ней подсоединен оптико-волоконный кабель. У меня внутри маленький экранчик. Вроде тех, что установлены на бытовых видеокамерах. Короче, я все буду видеть.

– А слышать?

– Вы, сидя за рулем, не будете вести разговор через телефонную трубку. А ребята в задней машине смогут слушать разговор через параллельный телефон. Вам удобнее всего воспользоваться устройством громкой связи, тогда руки будут свободны. А я через динамик все услышу и даже смогу разговаривать с вами. Я сейчас же поеду в служебный гараж и займусь подготовкой «Вольво» и проинструктирую своих парней. Это дело недолгое. Утром, часиков в шесть привезу вам чемодан с куклами.

– Все-таки я волнуюсь. Все как-то зыбко…

– Не волнуйтесь. Вы не заметите, как все кончится.

– Ты прав. Ради такого дела стоит рискнуть.

Субботин обрадовался сообразительности и выучке Чеснокова. Этот малый не промах, не зря получает зарплату. Проводив Чеснокова до двери, Субботин позволил себе ещё грамм сто коньяку.

Поздним вечером Тарасов приехал к закусочной возле автовокзала, где круглые сутки паслись, закусывали всякой дрянью, пили пиво транзитные пассажиры. Здесь он назначил встречу с двумя молодыми людьми, Феликсом Храмовым и Станиславом Дундиком. Пару месяцев назад с этими парнями его свел Кислюк, сказав, что эти типы ради денег готовы абсолютно на все. Даже ради небольших денег.

Когда Тарасов вошел в тесную забегаловку, опустевшую поздним вечером, Дундик с Храмовым уже стояли в углу за круглым одноногим столиком и сосали пиво прямо из бутылок. Дундик, щуплый невысокий паренек, бритый наголо, напоминал солдата первогодка, сбежавшего из армии. Храмов был и ростом повыше и сложением покрепче. Рукава черной рубашки закатаны по локоть. Мускулистые предплечья напоминают суковатые дубины. Настоящие отбросы, отрыжка общества, – решил Тарасов. Оба парня не внушали ему особого доверия. Но грязной черновой работы годились и такие отбросы, такие – в самый раз.

Тарасов взял себе пива и, встав рядом с парнями за угловой столик, пожал им руки и без раскачки перешел к делу. Он вытащил из кармана тетрадный листок с нарисованным на нем планом местности.

– Дело очень срочное, – сказал Тарасов. – На завтра я забил в области стрелку с одним хреном. Он обещает приехать один, но я ему не верю. Рубль за сто, он припрет с собой вооруженную охрану. Чтобы мою голову немножко того, чик-чик.

Храмов рассмеялся басистым раскатистым смехом. Тарасов подробно объяснил, как добраться до места. Расправив на столе тетрадный листок, стал показывать пальцем, где что нарисовано.