Питер Лок испытывал давно забытое чувство стажера психиатрической клиники, когда уходит почва из-под ног от увлекающей и заразительной хрупкости человеческой души.

– Питер, не лучше ли тебе выспаться? Поговорим утром.

– Ты мне не веришь? Слушай!
– Питер Граф нажал кнопку магнитофона.
– Мне пришлось самому его приспосабливать для подводной записи. Слушай наш разговор.

...Учащенное дыхание, бульканье пузырьков воздуха. Щелчок - это включилась специальная маска для подводного разговора. Голос Питера Графа:

– Я понимаю, вы более совершенны, у вас нет рук и вы не скованы постоянной возней с различными предметами. Да, поэтому дельфинус сапиенс более совершенен и и более пиу, пиу...

В ответ - подозрительное бормотание.

– Что обычные дельфины являются низшим видом, я подозревал давно, но о таком совершенстве вашей общественной системы не мог и предполагать... Но как же вы работаете в ваших лабораториях, если у вас нет рук?

Продолжительное бормотание.

– Прирученные кальмары, которые возятся с автоматическими устройствами? Да, столько рук! Это неслыханно... И на определенной ступени вы отказались от дальнейшей экспансии планеты? Отказались от суши ради беззаботных любовных игр в подводных просторах? Это непостижимо для нас... Пиу, пиу, пиу, пиу. Краткое бормотание.

– Исчезнувшие экипажи кораблей? Для исследования в пиудепартаменте! Большой дельфин, я уже понимаю то, что никто другой...

– Проклятие!
– прозвучал голос Питера Графа, на этот раз не в записи.
– На пленке только мой голос! Я не проверил второй аппарат!.. Величайшее открытие века пропало! Для того ли я потерял столько месяцев здесь, в проливе Бонифация!

...бррррррррррр, - продолжал магнитофон.

– Понимаю тебя, Большой дельфин! Прощай, учитель! Прощай, прощай! Привет великой дельфиньей королеве! Прощай!..

Питер Граф сокрушенно нажимает кнопку выключателя и без сил опускается на мокрые камни... Он бессмысленно смотрит в ясное небо.

– Кто мне теперь поверит?

Питер Лок тем временем обдумывает индивидуальный характер последствий продолжительного воздействия умеренного повышенного подводного давления при определенном рН. Он напишет труд на эту тему, представит его в Королевское общество, а в качестве доказательства приложит Питера Графа и запись его монолога. А дрессировкой дельфинов-информаторов он займется сам. Жаль, что не каждая нервная система выдерживает труд во имя королевы и во славу империи.

Акоп, скрытый камнями, ест без хлеба вяленое дельфинье мясо, перочинным ножом нарезая его тонкими ломтиками и запивая мастикой из маленькой кривой бутылки. Его удивляет, о чем это так долго говорят господа.

Питер Граф приподнимается, приняв позу умирающего гладиатора, и произносит:

– Немедленно телеграмму домой, экономке: "Уничтожьте банку с золотыми рыбками! Берегитесь шпионов! Берегитесь информаторов дельфиньего департамента!"