Мистер Вейк с интересом посмотрел на молодого человека. Люк пустился в объяснения. Он заметно волновался — священник, без сомнения, куда лучше знал все обряды и обычаи, чем он, наспех нахватавшийся из случайных книг и журналов.

Бриджит стояла рядом и внимательно слушала. Люка приободрило то, что мистер Вейк оказался любителем римских древностей. Люк рассказал о цели своего приезда в Вичвуд и смело признался в слабом знакомстве с темой.

— Я уже просил мисс Конвей перечислить людей, умерших недавно. Если бы вы уточнили этот перечень, я бы выбрал наиболее подходящую семью и встретился с родственниками покойного.

— Да, да. В этом вам несложно помочь. Гилис, служитель нашего прихода — хороший парень, правда, совершенно глухой… После тяжелой зимы и предательской непостоянной весны смертей у нас было куда больше, чем обычно.

— Иногда, — осторожно сказал Люк, — несчастья связывают с каким-либо отдельным лицом, обладающим черным сглазом, который якобы наводит мор на людей.

— Да, бывает. Но я не знаю такого человека у нас в окрестностях. Конечно, не исключаю возможностей такого сглаза, но я о нем ничего не слышал… А вот совсем недавно мы потеряли доктора Хамблеби и бедную Лавинию Пинкертон — прекрасные были люди…

— Мистер Фицвильям знал друзей доктора Хамблеби, — прервала его Бриджит.

— Его смерть многим причинила боль. У доктора была куча друзей.

— Несомненно, у такого человека имелись и враги, — сказал Люк. — Я говорю только то, что слышал, — поспешил добавить он.

— Он говорил то, что думал, и не всегда был тактичен, — кивнул головой мистер Вейк. — Некоторые обижались на него. Но доктора все любили, особенно бедняки.

— Вы знаете, я всегда чувствовал, — озабоченно сказал Люк, чья-то кончина всегда дает какую-то пользу другому.

— Я понимаю, о чем вы говорите, — священник задумался. — Возможно, но это не всегда правда. Что касается Хамблеби, то никто и не отрицает, что доктор Томас здесь действительно выиграл.

— В чем именно?

— Томас, я уверен, хороший человек, и доктор Хамблеби так говорил. Но местным жителям он не очень пришелся по душе. Томас не мог привлечь к себе столько пациентов. Он очень огорчался поэтому, становился нервным и несдержанным. У них были свои противоречия: Томас — целиком за применение новых методов лечения, а Хамблеби предпочитал придерживаться старых, испытанных. Они часто ссорились между собой и по другим причинам, но я не люблю сплетничать…

— Я думаю, мистер Фицвильям как раз это и хотел услышать от вас, сказала тихо, но отчетливо Бриджит.

Люк бросил на нее быстрый, испытующий взгляд.

— Боюсь, что он слишком любознателен, — усмехнулся мистер Вейк и покачал головой. — Но скажу прямо: Роза, дочь доктора Хамблеби — очаровательная девушка и, конечно, Джефри Томас потерял голову. Между тем, по мнению отца, она была слишком молода.

— Так он был против? — спросил Люк.

— Определенно. Это, естественно, усиливало неприязнь между компаньонами. Но я твердо уверен — доктора Томаса глубоко потрясла смерть Хамблеби.

— Неожиданный сепсис — заражение крови, — сказала Бриджит.

— Да, небольшая царапина… Доктора всегда рискуют.

— На самом деле… — начал Люк, но мистер Вейк неожиданно его прервал:

— Почему мы так долго говорим об этом? Неужели вас заинтересовали наши сплетни? Что ж, продолжим. Бедная девушка Эмми Гиббс — одна из помощниц церкви… Вы многое сможете узнать о ней, мистер Фицвильям. Есть даже подозрение, что это самоубийство. А такая смерть, как вам известно, не бывает без суеверий. Здесь, неподалеку, живет ее тетка. Хотя она не слишком достойная женщина и не очень любила племянницу, зато ужасно болтливая.

— Спасибо, я это учту, — поблагодарил Люк.

— Затем Томми Пирс. Одно время он даже пел в деревенском хоре — голос прекрасный, ангельский, но далеко не ангельский характер. Мы в конце концов вынуждены были от него отказаться — плохо, очень плохо влиял на других мальчиков. Бедный паренек, по-моему, всюду старались от него избавиться. Работал на почте разносчиком телеграмм — быстро уволили. Пошел служить к мистеру Абботу — тоже прогнали. Он работал некоторое время и у вас помощником садовника, не так ли, мисс Конзей? Но лорд Вайтфильд не простил ему какую-то дерзость. Мисс Вейнфлет была так добра, что взяла сорванца на временную работу — мыть окна в библиотеке. Лорд Вайтфильд вначале был против, а потом неожиданно согласился — как оказалось, на горе парню.

— Почему — на горе?

— Потому, что паренек вскоре погиб. Мыл верхние окна в библиотеке и, видно, вытворял свои глупые штучки, танцевал или еще что-нибудь в этом роде, — потерял равновесие и упал. Скверное дело.

— Кто-нибудь видел, как он упал? — поинтересовался Люк.

— Нет, он мыл окна со стороны сада. В больнице сказали, что он верно, пролежал на земле около получаса.

— А кто его нашел?

— Мисс Пинкертон. Она пришла в ужас, обнаружив окровавленного мальчишку, — совершенно случайно наткнулась на Томми.