– Пойду посмотрю, нет ли здесь еще каких-нибудь недоносков, – сказал Джоунс-старший и выскользнул в какую-то дыру. В огромном, давно заброшенном здании склада царило запустение. Как и в других помещениях подобного рода, здесь обитали люди, махнувшие рукой на все и вся, в том числе и на самих себя. Здание было захламлено старыми покрышками и картонными коробками, в которых жили бездомные. Лейси это напомнило кадры телерепортажей из боснийских городов.

Марлин ухватил Лейси за подбородок и дернул ее голову кверху.

– Знаешь что, Марти?

– Меня зовут Лейси.

– Нет, для меня ты Марти. Именно так ты назвалась, когда мы познакомились с тобой в Бостоне. Под этим именем ты и умрешь. Знаешь, что я нашел?

Лейси молча смотрела на него. Марлин вынул из кармана ее «кольт».

– Я хорошо запомнил эту маленькую штучку. Именно из этой пушки ты ранила меня в Бостоне. Ты думала, я забуду о ней, верно? Хотела еще раз нашпиговать меня свинцом? Не выйдет. Я выиграл, Марти. Я всегда выигрываю.

– Ты ничего не выиграешь, ублюдок. Я не собираюсь идти в твой лабиринт.

– А что, если я пообещаю тебе, что отпущу твою подружку? Лейси рассмеялась.

– Ее убьешь не ты, Марлин, – сказала она. – С ней расправится твой папаша.

– Ну ладно, хорошо. Тогда у меня есть еще одна идея. – Тут Марлин резко повернул голову Лейси и ударил ее по щеке. – Ну-ка, взгляни на это маленькое шоу, Марти.

Откуда-то из темноты появился Эразмус. Держа за воротник грязного, засаленного пиджака, он волочил за собой какого-то старика.

– Всего один, Марлин, – сказал он. – Никого больше не было – только вот этот немытый ублюдок. Он это заслужил. Если бы он еще дышал, он наверняка поблагодарил меня за то, что я для него сделал.

Эразмус опустил тело старика на гниющие доски, затем ногами перекатил его к груде автомобильных покрышек.

– Давай-ка, Марлин, займись своей девчонкой, пускай делает, что ей сказано. Надо поскорее рвать когти из этого проклятого города. Он какой-то враждебный, знаешь ли. Ты только посмотри вокруг. У этих людей нет ни капли гордости. Здесь такая грязь и столько всякой мерзости. Неужели наше правительство совсем не гордится своей столицей?

Марлин улыбнулся, глядя на Лейси сверху вниз, затем замахнулся и нанес ей удар револьвером, пришедшийся над ухом. Лейси лишилась сознания еще до того, как тело ее опустилось на пол.

– Ну что ж, пора заняться делом, – сказал Марлин отцу, наклоняясь над ней. – Мне прямо не терпится увидеть, какое у нее будет лицо, когда она в конце концов доберется до центра лабиринта и выйдет прямо на меня.

Четыре патрульные машины тихо подъехали к складу и остановились примерно в квартале от него. Из них осторожно, стараясь не шуметь, выбрались полицейские. Льюис Джейкобе подвел их к такси, на котором только что приехал Сэвич. За рулем доставившего Сэвича автомобиля сидел высокий, средних лет чернокожий водитель.

– Скоро сюда прибудут Джимми Мэйтланд и человек пятнадцать специальных агентов, – тихо заговорил Сэвич. – А мы тем временем сделаем вот что…

Лейси медленно приходила в себя. Боль отдавалась в голове глухими ударами, мучила тошнота. Она попыталась привстать, но не смогла из-за нового приступа дурноты. И снова закрыла глаза. На сей раз Марлин ударил сильнее, чем тогда, в Бостоне. Вероятно, он смеялся, когда Лейси свалилась без сознания к его ногам.

Она продолжала молча лежать, судорожно сглатывая набегавшую слюну, моля Бога, чтобы Диллон нашел ее записку, и понимая в то же время, что следует рассчитывать только на свои силы.

Интересно, где Ханна, подумала Лейси. В мрачном помещении склада царила тишина, если не считать шуршания множества облюбовавших это место крыс. В спертом воздухе стоял запах падали. Лейси почувствовала, что тошнота и головокружение усиливаются. Она снова, в который уже раз, сглотнула, сдерживая приступ рвоты. Открыв глаза, она увидела прямо перед собой небольшой круг света и в нем – моток бечевки.

Думай, приказала себе Лейси. Оба ее пистолета были у Марлина. Видит ли он ее сейчас? Она медленно огляделась. Увы, вокруг не было ничего, совсем ничего такого, что можно использовать как оружие – вот разве что бечевка.

Лейси медленно приподнялась, встала на колени и позволила себе передохнуть еще несколько секунд. Голова кружилась, но тошнота постепенно отступала. Лейси порадовалась, что Марлин развязал ей руки, теперь она могла хотя бы двигаться совершенно свободно.

– Эй, я вижу, ты уже оклемалась, – раздался откуда-то из темноты голос Марлина. – Это хорошо. Мне показалось, что ты чересчур долго была в отключке, но отец говорит, мне просто не терпится начать нашу игру. Послушай-ка вот это, Марти.