– По-моему, Угрюмый ненавидит абсолютно всех, - включился в беседу еще один прибывший темный.
– Мой персонаж не жаловался на голод, холод, болезни или побои. Он родился в богатой семье и имел все, что ни пожелаешь. Что не помешало ему спиться от ненависти и отвращения к себе. Сознание собственной греховности и никчемности отравило ему жизнь. Никогда, ни разу ему не удалось почувствовать себя счастливым.

– Упоминать о счастье в мире Угрюмого - верх нелепости, - заметил очередной пузырек.
– Даром, что ли, родилась легенда о мудреце, уложившем всю историю человечества в одну фразу: "Люди рождались, страдали и умирали". Если кому-то и удавалось испытать счастье, то лишь для того, чтобы потом сильнее мучиться. Выше вознесешься - больнее будет падать. Моя земная ипостась побывала на самой вершине - весь мир готов был носить ее на руках, - а умерла от СПИДа в одиночестве и нищете...

Один за другим всплывали все новые пузырьки и, булькая от ярости, наперебой перечисляли свои претензии к только что оставленному миру. Пространство перед Домом полыхало всеми оттенками красного. Лишь один робкий "голос" прозвучал в защиту Угрюмого:

– Но ведь было же у него и хорошее...

В ответ ему налетел шквал.

– Хорошее?! Все хорошее Угрюмого - бездарный плагиат! Небо и звезды он спер у Мечтателя...

– А моря и океаны - у Переменчивого, только Угрюмый превратил их в убийц и населил злобными тварями...

– Его вино - это тот же веселящий нектар Грациозного, только с придатком в виде похмелья и цирроза!

– А птицы - изобретение Затейника. Помните, как мы парили над просторами Велеи, как сражались с ветром? Ах, какой прекрасный был мир!

– Мне больше полюбился Лахис Отшельника, где каждому дозволялось выбрать себе тело по вкусу. Славно мы тогда позабавились!

– Если уж говорить о забавах, то в них непревзойденным мастером был Непоседа со своим Лабиринтом. Помнится...

– Словом, украл лучшие идеи прежних Создателей и все их испоганил. А что родил он собственным воображением? Только многообразные способы издевательства над живыми тварями. Тут ему нет равных.

– Мне одно непонятно: как мы-то так глупо просчитались? Зачем допустили его в Игру?

– Да кто же мог предвидеть, что он такое учинит? С этими темными разве угадаешь, чего ждать! Никакого эмоционального свечения.

– Отстранить темных от Игры!

– Позвольте! На каком таком основании? Безумство одного не означает, что порочно целое сообщество! Упомянутый Отшельник тоже был темным...

– И Меланхолик, и Молчальник, и многие другие. Кто скажет против них хоть слово?

– Но риск, что найдутся последователи Угрюмого...

– Это произвол! Вы не посмеете! Мы честно соблюдали все правила!

Собрание засияло, переливаясь всеми цветами радуги. Будь оно людской толпой, в окрестностях Дома поднялся бы невообразимый гвалт. Общее возбуждение нарастало, грозя возмутить покой самого эфира. И тогда небывалый случай!
– к спорщикам обратился один из прозрачных. Всем известно, что эти достойные собратья избегают внимания; обычно их присутствия не замечают. Но если уж прозрачный решает вступить в контакт, ему внимают с благоговением.

– Угомонитесь, друзья! Принимая правила Игры, все вы согласились с ее целью - исчерпать ВСЕ желания, дабы достигнуть просветления и блаженства. И раз пьеса Угрюмого отвратила нас от насилия, нам надлежит радоваться, ибо никто не знает своих подспудных желаний. Быть может, благодаря нынешнему Создателю не один участник Игры излечился от потребности причинять и испытывать боль. Когда Угрюмый обретет покой и придет ваш черед сочинять Сценарий, я уверен, ваши миры будут добрее и радостнее. А теперь настало время очиститься от худых мыслей и чувствований. Нас ждут Дома.

* * *

Один за другим пропадали огоньки, сливаясь с ровным свечением эфира. И только экс-Анне никак не удавалось раствориться в гармонии. Мешала назойливая мысль: "Придет срок, я сочиню Сценарий и создам свой мир немного печальный, но пронзительно прекрасный. Я воплощу в нем все свои мечты, осуществлю все чаяния. Кроме одного. Мне никогда, никогда не удастся поквитаться с Угрюмым. Интересно, можно ли достичь нирваны, не утолив одного желания?"

2002