Шрифт:
Прохор с удивлением заметил, что ему нравиться Зоя в роли матери его детей, он даже готов был на главное, на то, чтобы она стала его женщиной; на это они еще не решались в присутствии Паши, а присутствие Инны, напротив, ускорила их решение быть вместе.
Зоя Зиновьевна поймала себя на мысли, что играет в чужую жизнь, но эта жизнь все больше ее захватывала своей неожиданностью. Инна изображала из себя горничную и следила за порядком в квартире, ведь ее настоящая мать работала горничной в гостинице; где некогда жил Прохор, после развода с первой женой, так, что беспорядок в квартире полностью отсутствовал.
Дети уснули, тишина и темнота окутала квартиру, двое взрослых людей лежали неподвижно на разных краях большой, массивной кровати, с полукруглыми спинками, так они и уснули…
В квартире дети прижились, шла неделя за неделей, а они все еще жили вчетвером.
Зоя Зиновьевна все чаще забывала о своем отчестве, Прохор называл ее Зоя, дети – тетя Зоя. Но, оставалось большое но, ничего не было между взрослыми. Они спали под разными одеялами на большой кровати, и боялись перейти последнюю границу.
Стулья отдыхали.
Отношения Артема с Ириной с каждым днем становились прочнее. Артем больше не бегал к матери на обед или ужин, ее квартира была заполнена людьми, и он все чаще готовил сам на кухне, если Ирина зачитывалась очередной книгой. Иногда Артем поднимал крышку глазка в двери и провожал взглядом новое семейство своей матери, после чего еще надежнее оседал рядом с Ириной. Результат сказался незамедлительно, она объявила, что у них будет ребенок.
Глава 6
На сцену выходит его величество славянский шкаф…
До чего я люблю этот славянский шкаф! – думала Аня, вспоминая, князя Гришу, сидя в своем кабинете. Он стоял у нее перед глазами, Аня очень хотела, испытать на ощупь этот славянский шкаф. С каждым днем ей все сложнее становилась держать нейтралитет.
– Анна Михайловна, – ворвалась в ее кабинет Ленка продавщица, – там, там, привезли славянский шкаф!
– Что с ним? Он ранен? – спросила Аня, продолжая думать о Гриши.
– Это шкаф, он очень старый, нет, сколов на нем не видно.
– Какой шкаф, Леночка?
– Идемте со мной, этот шкаф у Вас в кабинете не поместится.
Они вышли на улицу, на фоне кустов, с цветущей сиренью стоял его величество славянский шкаф! Это был уникальный экземпляр славянского шкафа! Метра два шириной, метра два высотой, немного напоминал сервант, секретер, шкафы для одежды, в одном флаконе. Шкаф из дуба, – это Аня сразу определила по рисунку древесины, из которой выполнен этот чудовищный красавец. Весь шкаф с большим мастерством и вкусом был украшен вензелями из того же дуба. Рядом стояли четыре дюжих молодца в униформе строителей.
– Кто хозяин шкафа? – обратилась Анна к рабочим в спецодежде.
– Мы, – хором ответили богатыри со стройки, – понимаете, мы старые дома сносим под новые застройки, обходили дом перед взрывом и нашли этот шкаф, он был прикрыт старыми досками, хламом. Хозяева его уехали в новый дом, а шкаф сдвинуть не смогли, мы его с трудом к Вам привезли, возьмите шкафчик, пожалуйста.
– Кому ж я его продам, такой большой, – начала Аня сбивать цену.
– Понимаем, гражданочка, да Вы не беспокойтесь, мы много не просим, заплатите, сколько сможете, мы на четверых деньги и разделим, и забудем друг о друге.
– Хорошо, занесите его на склад, его еще реставрировать надо.
– Без проблем, это мы всегда, пожалуйста.
Рабочие взяли деньги, один из них оказался с паспортом, на него и записали сданный в магазин шкаф. Он взял деньги с чеком через кассу, разделил их перед кассой на четыре части, и они отбыли на свою стройку. Аня вызвала реставратора мебели, тот при виде шкафа наполнился счастьем до краев, и приступил к любимой реставрационной работе.
Вскоре на пороге кабинета директора, возник Селедка.
– Здравствуйте, Анна Михайловна, мое Вам почтенье, – заговорил Шурик Селедкин.
– Шурик, ты откуда и куда? И без пистолета?
– Простите меня, пожалуйста, мы пошутили, пистолеты у нас были деревянные, их мой отец столяр делал для театра, я взял три штуки, ребята захотели приколоться, мы только пошутить хотели. Из милиции нас выпустили, за отсутствие улик.
– У меня слов нет, а теперь, что ты от меня хочешь, гражданин Селедкин?
– Хочу вернуться к Вам на работу.
– Совести у тебя нет, грабить бывшего директора магазина, но работник ты хороший, с этим не поспоришь. Так, что говоришь? Твой отец столяр? Хороший? А шкаф сделать сможет?