– Он говорил, что, будучи еще ребенком, ты уже становился тем мужчиной, каким должен был быть он. Он видел также, что ты его обожаешь, стремишься быть похожим на него, и именно тогда он решил отдалиться от тебя, чтобы дурно на тебя не повлиять!

– Надеюсь, ты не ожидаешь, что я поверю в то, что отец стал самым отвратительным человеком во всей Вирджинии лишь для того, чтобы я не стремился быть на него похожим!

– Не думаю, что он делал то, что ему не нравилось, но он действительно хотел оградить тебя. Вот почему он тебя игнорировал.

– Чтобы я смог вырасти без всякого воспитания!

– Он говорил, что ты достаточно сильный, и ты подтвердил его правоту!

Джордж почти уступил, он почти поверил, и этого было слишком много! Никогда в жизни отец не говорил ему о его силе характера, он не мог вспомнить этого. Наоборот, он всегда ругал его за слабость и за то, что он любил поговорить, когда надо было действовать. Он высмеивал его увлечения, его друзей, его манеру одеваться, его желание поступить в Вест Пойнт. Может быть, он и чувствовал угрызения совести, убив Тома, – Джорджу хотелось думать, что это было так: во всяком случае, обнаруживалась хотя бы одна песчинка человечности в его душе, – но он никогда не поверит, что его отец хоть немного любил своего сына!

– Он кое-что передал для тебя, заставив меня пообещать ему, что я вручу тебе лично.

– Откуда ты знал, где меня искать?

– Он рассказал мне, как сюда добраться, он знал, что ты будешь здесь. Он сказал, что вернешься сюда ради своих братьев, которые в тебе нуждаются.

Джордж снова балансировал над пропастью: у него бывали моменты, когда он хотел навсегда забыть вообще, что у него был отец, и теперь он хотел этого больше, чем когда-либо! Солти подошел к своему мешку, развернул его и достал шпагу. Он протянул ее Джорджу.

– Это для тебя.

Как бы сильно Джорджу не хотелось дотронуться до нее, он не мог этого сделать. Это означало бы, что он поверил и что он до сих пор уязвим! Стоит один раз сдаться, назад не будет дороги, вся боль, от которой он все эти годы отгораживался, нахлынет и погубит его!

– Зачем он передал мне свою шпагу?

– Он передал тебе еще и письмо!

Солти вернулся к своему мешку и достал из его глубин смятый конверт. Восковая печать была сильно повреждена, но все-таки не сломана.

– Он написал его той ночью, перед тем, как погибнуть.

Джордж словно окаменел, не в силах двинуться с места, он неотрывно смотрел на конверт. Ему отчаянно хотелось его взять, но он чего-то боялся. Он будто страшился какой-то пропасти, из которой ему не выбраться. Потом он вспомнил слова Розы о том, что он боится поступить не правильно, и поэтому не дает сам себе жить, лишая себя шанса иметь то, чего ему больше всего хочется. Если ему не хватит смелости прочитать последние слова отца, обращенные к нему, то хватит ли у него смелости прожить свою жизнь? И разве он заслуживает такую жену, как Роза?

Быстро, чтобы не передумать, он взял конверт, сломал печать и достал единственный листок бумаги. На нем было написано всего лишь одно: «Вспоминай, как я умирал, а не как я жил!»

Джорджу казалось, что стены рушатся и падают на него. Внутри него словно зашевелилось какое-то стальное чудовище, становясь все меньше и меньше, и вдруг ему показалось, что оно растаяло, и он освободился от чего-то неопределенного, но достаточно значимого для себя! На мгновение он почувствовал себя плохо, затем это ушло, ему становилось то лучше, то хуже, появилось ощущение разочарования и сожаления, но вместе с тем и громадного облегчения.

Может быть, в конце концов он сможет поверить?..

– Они должны быть где-то здесь, – произнес голос.

– Наверное, они уже отправились в Остин: у них была целая ночь, чтобы убежать!

– Пока мы перекапывали половину их сада.

– Я никогда не верил, что здесь есть золото, но ведь отца не убедишь! Он хотел заставить того человека сказать, где он его прячет, и говорил, что, если потребуется, он сдерет кожу с той женщины!

До последнего момента Джордж испытывал бешенство, но то, что он испытывал сейчас, было совсем иным чувством: гнев закипал в нем и выплескивался, словно прибой на скалистый берег, подхватываемый могучим приливом, который поднимает и усиливает его. Возможно, то же чувствовал его отец, когда терял самообладание. Эта мысль так встревожила Джорджа, что его гнев начал убывать.

– Мы должны сделать что-то, чтобы они убрались отсюда, иначе они нас скоро найдут, – прошептал Джордж Розе. – Мы с Солти уведем их, а ты с Заком оставайся здесь. Не двигайтесь с места, сколько бы ружейных выстрелов вы не услышали!