Аполлинарий Павлович победно глянул на нас:

"Юра!.."

– В центре болота, - продолжал Стась.
– По берегам лес из деревьев с бочкообразными и конусными стволами. Болото рассекалось протоками черной воды. В протоке мы и застряли. Вокруг копошилось зверье: черви, змеи, черепахи, панцирные звери, длинношеие динозавры, птицы с кожистыми крыльями, птицы без крыльев - не перечтешь. Все это ползало, прыгало, вздыхало, ревело, чавкало - кто-то что-то обязательно ел. Ни одной неподвижной или закрытой пасти мы там не видели: одни из зверей обдирали осоку с кочек - ели, другие вытаскивали что-то со дна болота - ели, третьи ели друг друга. Пир Асмодея!..

– Всеобщее обжорство, - уточнил Ярцев.

– Правильно, - согласился Аполлинарий Павлович.
– Они и тут, - указал на болото, - жрут.

Рекс обгладывал зауропода - белели широкие, с неструганую доску, ребра; орнитомимиды рвали тушу с другой стороны; змей и червей в болоте поубавилось; анкилозавры кончали заросли камыша. Что будет, когда они сожрут все?..

– Да, - продолжал Стась.
– Такое обжорство было и там... Но что-то случилось. Болото вспучилось, захлебнулось водой. Живность встревожилась, завертела мордами, заревела. Корабль вздрогнул. Землетрясение?.. Нет, наводнение.

Протоку захлестнуло нахлынувшей из леса водой. Корабль приподняло. В задние иллюминаторы мы увидели дыру. Ярцев увидел.

– Трубу, - сказал Ярцев.
– Туннель...

– В трубу, - продолжал Стась, - ворвалась вода, понесла с собой все, что в ней находилось: осоку, червей, змей. Чем больше прибывало воды, тем выше поднимался шар, шире открывалась труба. В нее засасывало панцирных динозавров, черепах. Принесло откуда-то длинношеего зверя.

– Зауропода, - подсказал Аполлинарий Павлович.

– Засосало в трубу, - кивнул Стась.
– Куда она вела, труба? К нам?.. Корабль не только передвинулся во времени сделал туннель? Эпохи соединились?.. Что-то новое, непредвиденное. А что было неново в нашем эксперименте?.. Как же теперь назад? Будет второй туннель? Время можно протыкать дырами как голландский сыр? Что из этого выйдет? Втянуло в трубу зубастого ящера, потом зубастых птиц, отчаянно хлопавших крыльями. Мы не на шутку встревожились. Если эта компания появится в нашем времени, придется держать ответ... Мы хотели немедленно уходить назад, но в этот момент вода стала спадать. Шар начал опускаться, вода втягивала его в туннель - он входил в дыру как пробка. Вот и ответ на нашу заботу, подумалось нам, и когда шар опустился до прежнего уровня, закрыл собой вход в туннель, мы нажали на рычаг - назад.

Некоторое время все молчали. Потом Аполлинарий Павлович сказал:

– С благополучным прибытием.

Опять помолчали. В болоте продолжалась возня, оттуда тянуло сладковатым недобрым запахом.

– Из машины выходили?
– спросил Аполлинарий Павлович участников экспедиции.
– Как там пахнет?

– Не выходили, - ответил Стась.
– Слушали через микрофоны.

– Смотрите, - обратил внимание Вадим, - один перевернулся вверх брюхом.

В камышах, в центре болота, полускрытое водой белело пятно.

– Вон в стороне - еще...

Два анкилозавра лежали в воде неподвижно, вверх животами.

– Объелись?
– спросил кто-то, поднявшись на ноги, чтобы лучше видеть.

– Издохли, - сказал Вадим.
– И птицы...

Две-три птицы, уткнувшись в падаль, перестали клевать.

– А этот жрет, - указала Валя на рекса.

Рекс продолжал есть, но уже, видимо, по привычке, без аппетита.

Еще два анкилозавра всплыли в воде.

– Издыхают!

– А запах!..

Из болота несло смрадом.

Отчего это? Болото умирало. Чужая жизнь разлагалась.

– Объясните же кто-нибудь!..

Никто не понимал, что происходит: столкновение времен? Поражение прошлого?..

Наверно, причин перебрали бы дюжину, не подойди к нам человек в болотных сапогах, с ружьем за плечами.

– Здравствуйте, - сказал он.

– Здравствуйте.

– Вы кто будете?
– спросил человек.
– Киносъемщики? А может быть, рыболовы?

– Не киносъемщики и не рыболовы, - ответил Стась.
– А вы кто?

– Сторож.

– Что же вы охраняете?

– Ребятишек гоняю, - человек улыбнулся, отчего по щекам его, по вискам пошли морщинки-лучи, сделав лицо неожиданно простодушным. Ружье как-то сразу не пошло ему, да и сапоги, спустившиеся ниже колен, не придавали ему воинственности.

– Ребятишки тут, - продолжал он, - пескарей ходят ловить. А рыба ядовитая. Вот меня и поставили - гоняй.

– Рыба ядовитая?..

– Как же не быть ядовитой, если в болото химию льют - отходы.