Лавочник. Это еще что! (Вскакивает.) Что он там делает с "фордом"?

Капитан. Эй, там! Послушайте! Сэр!

Лавочник. В машину сел. Эй! Стой!

Сестра. Грабитель! Все. Стой! Стой! Стой!

Гул тронувшейся машины и отдаленный возглас "Проща-айте!". Мужчины бегом

бросаются в ту сторону.

Жена. Ах, страсти! А я-то...

Сестра. Да! Ты-то! Еще рыбу у него взяла! Как будто не видно, что он вор! А-а! А-а! Ну да! Конечно! Это он!.. Ой! Ой!

Жена. Да не ори ты, Долли. Как мы теперь домой попадем?..

Мужчины бегом возвращаются. Оба запыхались.

Лавочник. Ну и нахал! Ну и хулиган!

Капитан. Ах, черт побери! (Садится и, упершись руками в колени, разражается хриплым смехом.)

Сестра. Как вы можете! Как вы можете, капитан! А мы еще все время о нем говорили!

Капитан (разом перестает смеяться). Что! Он?..

Сестра. Конечно! Этот самый беглый! Видали, что у него на ногах? Джентльмены такое не носят.

Капитан. Как! Неужели вы - вы, сударыня!
– смотрели на его ноги?

Жена. Это все ты виноват, Пинкем, ты и Долли! Ругать его вздумали! Кабы не ругали, он бы и машину не спер. А то раскричались: повесить его, повесить! Вот он и обозлился. Я же видела!

Лавочник. Ты сама сказала про него: негодяй. Ну ладно. Бови - по крайности знаем, где его искать.

Капитан. Да это он нарочно. А сам туда и не поедет.

Лавочник. А я говорю, поедет.

Капитан. А я говорю, не поедет.

Лавочник. Догадается, что мы не поверили, и как раз туда и катнет.

Капитан. Нет, он догадается, что мы догадались, и носу туда не сунет.

Жена. Ой! Мозоли как разболелись!

Сестра. Наглость какая, - еще рыбу нам подарил!

Капитан. Ну что ж теперь делать? Остается собрать манатки да и топать пешочком, пока ктогнибудь не подвезет.

Жена. У меня мозоли, я не могу пешком. :

Капитан. Веселей, дамочка! Покажем, что мы англичане.

Лавочник. Англичане! Вам-то легко говорить: это не ваша машина.

Капитан. Не горюй, старина! Доедет до места - бросит ее в канаве.

Лавочник. До места! А где оно, место, - может, на краю света!

Капитан. Эх! Идемте, сударыня. Выше поднимайте свои мозоли! А я вам сыграю.

Они собрали вещи и уныло бредут вправо, оставив после себя разбросанные

бумажки.

Жена. Ай! Рыбу забыли!

Сестра. Рыбу! Нет уж, извини, - это ниже моего достоинства! (Презрительно фыркает.)

Жена. Глупости, Долли! Такие форели в Ашбертоне пять шиллингов стоят. Пусть хоть бензин окупится, что он израсходует. Подбери, папочка.

Лавочник возвращается и, завернув рыбу в "Дэйли Мейл", подносит пакет к носу, находит запах приятным и догоняет остальных в то время, как капитан

извлекает заунывную мелодию из концертино.

Занавес падает.

ЭПИЗОД ШЕСТОЙ

Через полчаса. Открытая местность среди поросших вереском склонов. Мужчина в брюках гольф и его жена возвращаются с прогулки. Жена остановилась

и беспокойно вертит ногой.

Жена. Филип, мне что-то в туфлю попало.

Муж. Что?

Жена. В туфлю, говорю, что-то попало.

Муж (он ушел вперед, но теперь тоже останавливается}. Ну так сними. (Возвращается к ней.) Держись за меня.

Жена (снимает туфлю и вытряхивает). Это не в туфле. В чулке.

Муж. Тут негде сесть. Мокро,

Жена. Вот оно - пощупай.

Муж. Да, что-то есть.

Жена (стоя на одной ноге). Держи меня.

Он держит ее, и она уже спустила чулок, как вдруг слышен шум приближающегося

автомобиля.

Муж. Тьфу, пропасть! Машина!

Жена (поспешно опускает юбку и стоит на одной ноге). Только не хватало!

Скрежет тормозов - автомобиль, очевидно, останавливается.

Муж. Он к нам идет.

Жена нагибается и поспешно надевает туфлю, но платье на ней короткое и не закрывает голой ноги. Она держит чулок за спиной.

Mэтт (появляясь справа). Простите, сэр, вы не скажете мне, как проехать в Бови.

Муж. Мы сами не здешние. Вам бы спросить, когда проезжали Уайдкомб.

Мэтт. Наверно, все-таки вон туда, в гору?

Муж. Должна быть. Это дорога на Хейтор, на самую вершину.