— Допроси их, — приказал он Сарваю. Молодой офицер спустился во двор, где всадники сходили с коней, и сразу направился к человеку в черном кожаном плаще. Тот был высок, волосы имел темные, с проседью, и почти черные глаза, в которых не видно было зрачков. Смотрел он решительно и угрюмо, а двигался с осторожностью, соблюдая равновесие. Он держал руку на маленьком черном арбалете, на широком черном поясе висело несколько ножей.

— Доброе утро, — сказал Сарвай. — Издалека будете?

— Можно и так сказать, — ответил путник, глядя, как повозки опять ставят на место.

— Для вас, пожалуй, было бы лучше не оставаться здесь.

— Нет, — спокойно возразил путник. — Вагрийские дозоры рыщут повсюду.

— Они охотятся за нами, — сказал Сарвай. Человек кивнул и двинулся к стене, а Сарвай обратился к другому, который держался около молодой женщины с двумя детьми.

— Добро пожаловать в Мазин. — Сарвай протянул руку, которую Дардалион дружески пожал, поклонился Даниаль и присел на корточки перед девочками. — Меня зовут Сарвай, — сказал он, снимая свой увенчанный перьями шлем. Испуганные сестренки уткнулись в юбку Даниаль. — Дети никогда меня не дичились, — смутился офицер.

— Им пришлось много выстрадать, — пояснил Дардалион, — но скоро они освоятся. Есть у вас еда?

— Какое невнимание с моей стороны. Пойдемте.

Он отвел их в замок, где повар готовил завтрак из овсянки и холодной свинины, и усадил за наспех сколоченный стол. Повар поставил перед ними миски, но дети, попробовав, тут же оттолкнули их.

— Вот гадость, — сказала Мириэль.

Один из сидевших поблизости солдат подошел к ним.

— Что тебе не нравится, принцесса?

— Каша несладкая.

— Так у тебя же сахар в волосах — возьми да подсласти.

— Нету у меня никакого сахара!

Солдат поерошил ей волосы и раскрыл ладонь, на которой лежал крошечный кожаный мешочек. Солдат развязал его и посыпал овсянку сахаром.

— А в моих волосах сахар есть? — загорелась Крилла.

— Нет, принцесса, но твоя сестренка, конечно же, поделится с тобой. — Он высыпал остатки своего маленького запаса в миску Криллы, и девочки принялись за еду.

— Спасибо, — сказала Даниаль.

— Мне это в радость, госпожа моя. Меня зовут Ванек.

— Вы добрый человек.

— Я люблю детей. — Он вернулся за свой стол.

Даниаль заметила, что он слегка прихрамывает.

— Два года назад на него упала лошадь и сломала ему ногу, — сказал Сарвай. — Он хороший парень.

— Найдется у вас лишнее оружие? — спросил Дардалион.

— Мы захватили вагрийский обоз — там есть и мечи, и луки, и панцири.

— Неужели ты будешь драться, Дардалион?! — воскликнула Даниаль.

Ничего не ответив, Дардалион взял ее за руку.

Этот вопрос побудил Сарвая взглянуть на молодого человека повнимательнее. Достаточно крепок, но лицо... Такое выражение присуще скорее ученому, нежели солдату.

— Вам не обязательно сражаться, — сказал Сарвай. — Никто от вас этого не требует.

— Благодарю вас, но я уже решил. Вы поможете мне подобрать оружие? Я не слишком силен в таких делах.

— Разумеется. Но скажите — что за человек ваш друг?

— Что вы хотите услышать?

— На вид он одиночка, — усмехнулся Сарвай. — Не тот, кого ожидаешь увидеть в обществе женщины и детей.

— Он спас нам жизнь — это говорит в его пользу больше, чем его внешность.

— Это верно. Как его зовут?

— Дакейрас, — быстро ответил Дардалион.

Сарвай подметил взгляд, который бросила на молодого человека Даниаль, но не стал задавать вопросов: сейчас его занимали дела поважнее, чем чье-то имя. Этот Дакейрас, похоже, разбойник. Полгода назад это еще имело бы какое-то значение, но теперь не значит ничего.

— Он говорил о вагрийских дозорах. Вы видели их?

— В их отряде около пятисот солдат, — сказал Дардалион. — Они стояли лагерем в ложбине к северо-востоку отсюда.

— Стояли, говорите? А теперь?

— Они снялись с лагеря за час до рассвета, чтобы разыскать ваш обоз.

— Вы много знаете о них.

— Я мистик, бывший священник Истока.

— И хотите взяться за оружие?

— Мои взгляды изменились, Сарвай.

— Не можете ли вы сказать, где сейчас вагрийцы?

Опустив голову на руки, Дардалион на минуту закрыл глаза.