– Малинник? А где он?

Но молодой горожанин быстро нашелся и заявил:

– Сейчас нам некогда.

Юханнес сказал:

– И еще я знаю, где можно набрать ракушек.

Снова пауза.

– А жемчужины в них есть? – спросил Отто.

– Ой, а вдруг и вправду там жемчужины! – воскликнула Виктория.

Нет, за это Юханнес поручиться не мог, а вот ракушки лежат на белом песчаном дне далеко от берега; надо отплыть на лодке и потом нырнуть.

Но эту затею подняли на смех, Отто фыркнул:

– Тоже водолаз нашелся, нечего сказать!

Юханнес тяжело перевел дух.

– Хотите, я заберусь вон на ту скалу и сброшу вниз громадный валун? – предложил он.

– Зачем?

– Просто так. А вы будете смотреть.

Но и эта затея не пришлась по вкусу молодым господам, и пристыженный Юханнес замолчал. Потом он пошел искать птичьи яйца в стороне от всех, на другом конце острова.

Когда вся компания снова собралась у лодки, оказалось, что Юханнес набрал гораздо больше яиц, чем все остальные. Он бережно нес их в шапке.

– Как это ты ухитрился набрать столько яиц? – спросил горожанин Отто.

– Да я же знаю, где птичьи гнезда, – радостно объяснил Юханнес. – Я положу эти яйца вместе с твоими, Виктория.

– Не смей! – крикнул Отто. – С какой это стати?

Все уставились на Отто.

– Кто может поручиться, что шапка чистая?

Юханнес ничего не сказал в ответ. Но радость его померкла. Он повернулся и побрел назад, к скалам, унося яйца в шапке.

– Что это с ним? Куда он? – нетерпеливо спросил Отто.

– Куда ты, Юханнес? – крикнула Виктория и побежала за ним вдогонку.

Он остановился и тихо ответил:

– Положу яйца обратно в гнезда.

Они постояли, глядя друг на друга.

– А после обеда я пойду в каменоломню, – сказал он.

Она промолчала.

– Хочешь, я покажу тебе пещеру?

– Ой, боюсь, – испугалась она. – Ты и сам говорил, что там очень темно.

Тогда, несмотря на все свое горе, Юханнес улыбнулся и храбро сказал:

– Ничего, ведь с тобой буду я.

В старой каменоломне Юханнес любил играть с малолетства.

С дороги было слышно, как он что-то мастерит наверху и разговаривает вслух сам с собой; иногда он воображал, будто он священник, и читал проповеди.

Каменоломня была давно заброшена, камни поросли мхом, и уже не видно было тех мест, где когда-то сверлили буром и закладывали взрывчатку. Зато в самой глубине была таинственная пещера, которую сын мельника расчистил от камней и искусно разукрасил, – здесь жила самая храбрая в мире шайка разбойников, и он был ее главарем.

Вот он звонит в серебряный колокольчик. Вбегает крошечный человечек, карлик, в шапочке с брильянтовой пряжкой. Это прислужниц. Он кланяется до самой земли. «Когда придет принцесса Виктория, введите ее сюда», – громко приказывает Юханнес. Карлик снова кланяется до земли и исчезает. Развалясь на мягком диване, Юханнес предается раздумью. Он усадит гостью на почетное место и прикажет подать ей изысканные яства на серебряных и золотых блюдах; освещать пещеру будет пылающий костер, а в глубине за тяжелым пологом из золотой парчи ей приготовят ложе, и двенадцать рыцарей будут охранять ее покой…

Юханнес вскочил, на четвереньках выбрался из пещеры и прислушался. Внизу на тропинке шуршали листья.

– Виктория! – окликает он.

– Я! – раздается в ответ.

Он спускается ей навстречу.

– Ой, мне страшно! – говорит она.

Он пожимает плечами и отвечает:

– Да ведь я только что там был. Я прямо оттуда.

Они входят в пещеру. Движением руки он приглашает ее сесть на камень и говорит:

– Вот на этом самом камне сидел великан.

– Те-с, молчи, не рассказывай дальше! А ты испугался?

– Нет.

– Но ты говорил, что у него только один глаз, а один глаз бывает у троллей.

Юханнес задумывается.

– У него было два глаза, но на один он ничего не видит, это он сам мне сказал.

– А еще он что сказал? Нет, не надо, не рассказывай!

– Он спросил, не соглашусь ли я поступить к нему на службу.

– Боже сохрани! Ты, конечно, не согласился?

– Не то чтобы согласился, но и наотрез не отказался.

– Ты с ума сошел! Неужели ты хочешь, чтобы тебя заточили в пещеру?