Волков принял протянутую папку, раскрыл, вынул в меру потрепанный паспорт.

– Так, так... Наджафов Ашраф, 1892 года рождения, уроженец Агдама... Работает? Да, конечно, работает, - он раскрыл серенькую книжечку удостоверения, - работает гражданин Наджафов в конторе по снабжению треста "Азнефть". И прописываться собирался, вот она, справочка, для представления в милицию, приготовлена. Хоро-ошие документы, - уважительно протянул Волков, - с ними хоть куда. Погляди, Юсуф.

Мехтиев взял в руки паспорт. С маленького квадратика фотокарточки упрямо и мрачно глядел на него скуластый, густобровый человек.

– Сильный, наверное, был, - задумчиво промолвил Юсуф.

– Если б послабее оказался, может, и взяли живьем. Дорошенко не новичок на границе, только за прошлый год у него четыре задержания на счету, а с этим не справился. То есть справился, конечно, да только...
– Орлов махнул рукой.

Волков решительно поднялся.

– Разрешите, товарищ начальник? Вещи я б его еще посмотрел. Народ у вас опытный, знаю, а все-таки свой глаз...

– Понятно, понятно, - Орлов кивнул.
– Скажите адъютанту, чтоб проводил. Комната рядом, там все. И что было на нем, и что при нем.

Бакинцы вернулись минут через пятнадцать.

– Есть что-нибудь интересное?
– спросил Орлов.

– Да как вам сказать...
– Усевшись на прежнее место, Волков выложил на стол кожаный, прошитый по краям сыромятными ремешками кисет.
– Как полагаете, товарищ начальник, куда направлялся нарушитель? С чем шел?

Орлов усмехнулся.

– Кое-что предположить можно. Поначалу мы думали, что к нам. Вы, конечно, знаете, месяц назад взяли мы трех человек, так эти шли с заданием влиться в банду, которая в нашем районе. Оружие несли, денег почти не было. Все здешние, бывшие кулаки. Вербовал и снаряжал их некто Сеидов. Знаком?

Волков кивнул.

– И хозяина его тоже знаете? Так вот, - продолжал, не дожидаясь ответа, Орлов.
– Поначалу была мысль, что этот - головной второго эшелона. Потом подумали-подумали - не то получается. Во-первых, деньги. Их в леса нести совсем ни к чему. А самое главное что?
– неожиданно повысил голос начальник погранотряда и выжидающе взглянул на молчавшего до сих пор Юсуфа.

– Справка для прописки, - выпалил Мехтиев, заливаясь румянцем, совсем как неожиданно вызванный учителем школьник.

– Точно, - удовлетворенно кивнул Орлов.
– С бумажками-то за кордоном хлопотно, каждую достань, да заполни, да не ошибись. Понапрасну этим товаром там раскидываться не будут. И получается, что нарушитель этот не столько нас касается, а больше вас, АзГПУ. Согласны?
– На этот раз начальник обращался уже к Волкову.

– Пожалуй, - ответил Волков, извлекая из кисета небольшой плоский кусочек дерева - половину игральной шашки, надсеченной по краю чем-то острым и потом разломанной.
– Смотри, Юсуф. Где-то в Баку сидит человек, который любит играть в нарды. Искать по этой примете бессмысленно - играют тысячи. А у кого-то одного в коробке с нардами лежит вторая половинка. И когда к нему принесут эту, они будут знать, о чем им можно разговаривать. Фокус стар, но по нашим местам удобен. А главное - ухватиться не за что.

Орлов взял вещественный пароль, задумчиво повертел в пальцах этот обломок и протянул его обратно Волкову. Потом уселся поудобнее, закурил.

– Помнится, - задумчиво начал он, - лет пять назад служил я недалеко отсюда. Начальник ваш нынешний, Гордеев Николай Семенович, между прочим, был тогда начальником отдела АзГПУ в нашем округе. А с той стороны границы на соседнем участке орудовал белогвардеец из Баку, мой, можно сказать, "крестник". Прошляпил я его, выпустил за кордон. Вот... И стал этот "крестник" на РОВС* работать. Удобно с ним было дело иметь - возьмешь нарушителя и сразу видишь - почерк господина есаула. Прямо-таки близнецов к нам запускал: легенда, снаряжение, задание - все на одну колодку скроено. Худо, видно, было у него по части фантазии. Тут же, конечно, другой класс работы. Ну ладно, - Орлов примял папиросу и глубоко затянулся.
– Будем считать, что вечер воспоминаний закончен. Что думаете делать?

______________

* РОВС - Российский общевоинский союз. Белогвардейская организация.

– Возвращаться в Баку, докладывать. Хозяйство все это, - Волков указал на кисет, папку с документами, - если не возражаете, сразу с собой заберем. Скажите, а этого нарушителя тем троим вы показывали?

– Что вы! Специально запретил. И на допросах о нем не поминали. Мало ли как вы это дело потом повернуть захотите.

– Так, так, - Волков помолчал, думая о чем-то своем.
– Значит, на той стороне не могли знать о том, что нарушитель не прошел?

– Исключено, - решительно ответил Орлов.
– От границы он уже отдалился, ни стрельбы, ни шума не было. Место глухое, населенных пунктов поблизости нет, труп мы вывезли глубокой ночью.

– Все ясно, - застегнув сумку, Волков поднялся.
– Разрешите отправляться?

– Так сразу?
– Орлов не скрывал своего разочарования.
– А перекусить? И вообще, посидели бы, о Баку рассказали, я там уже месяца три не был.

– К поезду надо успеть. Не я, время торопит. Гость-то серьезный пожаловал.