Анна. Это возмутительно! Это какие-то боги, которые предоставляют людям страдать, как им угодно, а сами…

Маруся. Трейч, почему вы ничего не возразите?

Трейч . Я слушаю.

Верховцев . Так может говорить только тот, кто живет на содержании у правительства и в полной безопасности сидит на своей крыше.

Сергей Николаеви ч ( слегка краснея). Не всегда в безопасности, Валентин. Галилей умер в темнице. Джордано Бруно погиб на костре. Путь к звездам всегда орошен кровью.

Верховцев . Мало ли что было… Христиан тоже преследовали, а это не помешало им, в свою очередь, поджаривать на углях невинных астрономов.

Анна. У отца даже свои мощи есть, и он держит их за железными дверьми.

Сергей Николаевич. Анна! Это нехорошо.

Верховцев Это еще что за чепуха?

Анна. Кусок кирпича от какой-то развалины, – обсерватория развалилась, – да клочки подлинной рукописи.

Маруся. Анна! Как это неприятно! Коля не позволил бы себе так говорить…

Анна. Николай слишком деликатен. Это его недостаток.

Подходит Петя. и, незамеченный, молча становится у стены.

Верховцев ( раздраженно). Оттого-то нас и бьют на каждом шагу…

Маруся. Не надо! Не надо!. Трейч, да что же вы!.

Трейч ( сдержанно). Надо идти вперед. Здесь говорили о поражениях, но их нет. Я знаю только победы. Земля – это воск в руках человека. Надо мять, давить – творить новые формы… Но надо идти вперед. Если встретится стена – ее надо разрушить. Если встретится гора – ее надо срыть. Если встретится пропасть – ее надо перелететь. Если нет крыльев – их надо сделать!

Верховцев Хорошо, Трейч! Надо сделать!

Маруся. Я уже чувствую крылья!

Трейч ( сдержанно). Но надо идти вперед. Если земля будет расступаться под ногами, нужно скрепить ее – железом. Если она начнет распадаться на части, нужно слить ее – огнем. Если небо станет валиться на головы, надо протянуть руки и отбросить его – так! (Отбрасывает.)

Верховцев У-ах! Так!

Некоторые невольно повторяют позу Трейча – Атланта, поддерживающего мир.

Трейч . Но надо идти вперед, пока светит солнце.

Лунц. Оно погаснет, Трейч!

Трейч . Тогда нужно зажечь новое.

Верховцев Да, да. Говорите!

Трейч . И пока оно будет гореть, всегда и вечно, – надо идти вперед. Товарищи, солнце ведь тоже рабочий!

Верховцев Вот это-астрономия! Ах, черт!

Лунц. Вперед, всегда и вечно.

Верховцев Вперед! Ах, черт!

Все в возбуждении разбиваются на группы.

Лунц ( волнуясь). Господа, я прошу… это нельзя так оставить. А убитые! Нет, господа, не только те, кто мужественно боролся и погиб за свободу, а вот эти… жертвы. Ведь их миллиарды, ведь они же не виноваты…

И их убили!

Молчание.

Маруся ( звонко кричит). Клянусь перед вами, горы! Клянусь перед тобою, солнце: я освобожу Николая!. У этих гор есть эхо?

Лунц Здесь нет. Но если бы было, оно ответило бы, как в сказке: да!

Анна ( Житову). Как это сентиментально. Я не понимаю Валентина…

Житов. Нет, ничего. Знаете, я погожу ехать в Австралию: мне тоже захотелось повидать Николая Сергеевича.

Маруся . ( г лядя в небо). Как хочется лететь!