Люгер сложил тяжелые намокшие крылья и его окутал черный дым. Спустя минуту стервятник превратился в обнаженного, дрожащего от холода человека. Слот с трудом разогнул окоченевшие ноги. А потом деревянной походкой отправился вниз, к спасительному теплу горячей ванны и живому каминному огню.

Он спускался по каменной лестнице, заглядывая в комнаты, расположенные на разных этажах. Так он миновал мрачноватый Зал Чучел, где были собраны чучела и мумии, сделанные из тел врагов его рода, умерщвленных многими поколениями Люгеров на протяжении нескольких веков. Здесь было и чучело гигантской летучей мыши - одного из тел Хоммуса, смертельного врага Слота, который, к большому сожалению Стервятника, еще сохранил свое человеческое естество. Но летучую мышь Слот убил лично, во время кровавой схватки в воздухе, и немало гордился этим. На память об этой схватке у Стервятника осталась рана на шее, которая порой нестерпимо зудела. Может быть, тогда, когда Хоммус занимался наведением порчи... Люгер и сейчас не удержался от мстительной улыбки, увидев летучую мышь, навеки прикрепленную к своему насесту.

Мумии и чучела других мертвецов - четвероногих, крылатых, пресмыкающихся и даже двуногих, потемневшие и запыленные, уставившиеся стеклянными глазами в пустоту, рядами уходили в гулкий мрак.

Слот прошел мимо библиотеки, стены которой были обшиты красным деревом, пропитанным негорючим составом. По его приказу здесь всегда горели свечи в высоких бронзовых подсвечниках и он увидел длинные ряды книг, переплетенных в телячью, змеиную и человеческую кожу, - собрание многих лет, спасенное от огня, воды и хаоса междоусобных войн предками Слота. Горы книг по магии, астрологии, ведовству, оракулы древних, манускрипты с утраченным смыслом, пергаменты, которые уже никто никогда не прочтет... Если только Стервятник на склоне лет не возьмет на себя труд разобраться в них. Сейчас у него не хватало на это времени. Он был занят обучением трудному ремеслу выживания...

В одном из переходов он встретил служанку, которая смущенно потупила взор при виде его наготы. Слот усмехнулся и велел ей приготовить ужин.

Верный пес Газеус поджидал хозяина внизу, виляя хвостом. Слот улавливал слабый ток его настроений. Он положил руку на голову пса и почувствовал, как его пронизывает теплая волна неподдельного дружелюбия. Но в глазах Газеуса застыла тревога. Пусть у него уже не было человеческого тела, однако, благодаря мистической связи, сохранившейся с Люгером, он ощутил, что у Слота большие неприятности.

Стервятник покачал головой в ответ на немой вопрос Газеуса. Он сам пока ничего не понимал в случившемся.

Люгер с наслаждением погрузился в горячую ванну и оставался там до тех пор, пока не почувствовал, что внутри его тела растаяла последняя крупица льда.

Тогда он позволил служанке высушить и заплести в косу свои длинные пепельные волосы, а после отправился ужинать, приказав подать к столу побольше красного вина.

Сидя около трескучего огня, в жарко натопленной комнате, он прислушивался к утихающим завываниям ветра, смотрел, как за окнами плывет предутренняя серая мгла, и раздумывал о том, почему его пытались убить этой ночью. Газеус лежал у ног Слота и то ли задремал, то ли оцепенел от тягостных предчувствий.

3. СЛОТ И СЛЕПОЙ СТРАННИК

Наутро Люгер проснулся немного растерянным. Он обнаружил, что провел ночь в кресле. Бокал, выпавший из его руки, был разбит и на полу остался след от высохшей лужицы вина.

Газеус сидел рядом и, по-видимому, уже долго и пристально смотрел на хозяина. Не додумавшись ни до чего после ужина, тот ничего не придумал и утром. Слот мог перечислить два десятка своих врагов, но не мог вообразить себе причину, по которой его смерть была выгодна Гелле Ганглети. Во всяком случае, ему оставалось только удвоить осторожность и как можно реже показываться вдали от родового гнезда, там, где магия Люгеров сильно ослабевала.

Но если первое было желательным и даже необходимым, то второе казалось Стервятнику совершенно непереносимым. Он уже почти ощущал, как смертная тоска выпивает жизнь из его мозга.

Спасением была Сегейла. Он ухватился за мысль о ней, как утопающий за соломинку. Встреча с Сегейлой обещала Люгеру несколько ни с чем не сравнимых часов, наполненных нежностью и участием. Сейчас, когда мир в очередной раз продемонстрировал ему свою неизменную враждебность, он нуждался в этой женщине, как никогда. Она и Газеус были двумя существами, которым было небезразлично его смятение. Во всяком случае, Люгеру хотелось в это верить... Он вспомнил серые прозрачные глаза Сегейлы, ее манящий рот и гибкое податливое тело. Видение оказалось столь ярким, что он ощутил на мгновение былую легкость и былую радость. Потом они исчезли, растворившись в тревоге и жажде мщения.

Слот надел под рубашку тонкий защитный жилет, сделанный из стальных пластин. Кроме меча, к его поясу был привешен кинжал в костяных ножнах, лезвие которого Стервятник натер отравляющим составом. Еще один клинок острый, как игла, стилет - был спрятан в голенище его сапога. Удавка, обмотанная вокруг левого запястья, и массивный перстень на среднем пальце правой руки, выбрасывавший ядовитые иглы посредством мощной пружины, не исчерпывали арсенал последнего из рода Люгеров, - кроме этого он заручился поддержкой магических сил.

На его шее болтался выбеленный временем змеиный череп, смоченный когда-то в крови девственницы, умершей от змеиного укуса. Волосы Слота были посыпаны порошком, в который он истолок легкие птичьи кости. На груди Стервятника был начертан знак, слабо светившийся в темноте, и это был Знак, Выводящий Из Лабиринта.

На самый крайний случай несколько магических предметов было спрятано в ошейнике Газеуса. Если Люгер будет захвачен, оглушен, лишен собственных амулетов, останется надежда на то, что рядом окажется Газеус. А Газеус в трудную минуту оказывался рядом почти всегда.