Вы с нами пламенно ползлиВы с нами нынче на мели. И вы,и мыДобыча тьмы.

Но мудрых нет как нет у нас, Вовек их не было у вас, И мы ,и вы Без головы...

Чьи сны давно уже мертвы? Кто будет в мекке,мы иль вы? Ни мы,ни вы... Ни вы,ни мы...

А в воду ужас каждый час Толкает больше-вас иль нас? У двух половХорош улов.

Не спорьте о мужских правах, Все об'яснимо в двух словах: Коль пас, так пас, Для нас и вас...

****

1908

К приезду французских гостей

Слава богам!петроград посетили французские Гости Сладкие вести теперь повезут они в вольный Париж: Пышных,развесистых клюкв и медведей На невском не видно, Но у медведя зато французская кухня вполне.

Русский казенный оркестр гремел без препон "марсельезу", В честь двух парламентских стран выпил Французский посол,"гений финансов" теперь пеплом посыплет Прическу И с благородной тоской милюкову портфель Передаст!.. Где ж интендантский грабеж,реформобоязнь И думбадзе, Черные сотни,застой,гучковская дума и гнет? О,безобразная ложь русских слепцовЭмигрантов! Сладкую весть повезут французские гости в Париж...

****

1910

Злободневность

Я сегодня всю ночь просидел до утра,Я испортил,волнуясь,четыре пера: Злободневность мелькала,как бешеный хвост, Я поймал ее,плюнул и свез на погост.

Называть наглецов наглецами,увы, Не по силам для бедной моей головы, Наглецы не поверят, а зрячих смешно Убеждать в том, что зрячим известно давно.

Пуришкевич...обглоданный тухлый гучков... О,скорее полы натирать я готов И с шарманкой бродить по глухим деревням, Чем стучать погремушкой по грязным камням.

Сколько дней,золотых и потерянных дней, Возмущались мы черствостью этих камней И сердились,как дети,что камни не хлеб, И громили ничтожество жалких амеб?

О,ужели пять-шесть ненавистных имен Погрузили нас в черный,безрадостный сон? Разве солнце погасло и дети мертвы? Разве мы не увидим весенней травы?

Я,как страус,не раз зарывался в песок... Но сегодня мой дух так спокойно высок... Злободневность-гучкова и гулькина дочьЯ с улыбкой прогнал в эту ночь.

****

1910

Успокоение

Посвящается Русским бисмаркам

Больной спокоен.спрячьте в шкап лекарства и Посулы! Зрачки потухли,впала грудь и заострились Скулы. Больной лоялен... на устах застыли крик и Стоны, С веселым карканьем над ним уже кружат вороны. С врачей не спросят. а больной-проснется ли, Бог знает! Сознаться тяжко,но боюсь,что он уже воняет.

****

1910

Послания

Послание второе

Хорошо сидеть под черной смородиной, Дышать,как буйвол,полными легкими, Наслаждаться старой, истрепанной "родиной" И следить за тучками легкомысленно-легкими.

Хорошо,об'едаясь ледяной простоквашею, Смотреть с веранды глазами порочными, Как дворник петер с кухаркой агашею Угощают друг друга поцелуями сочными.

Хорошо быть агашей и дворником петером, Без драм,без принципов,без точек зрения, Начав с конца роман перед вечером, Окончить утром дуэтом храпения.

Бросаю тарелку,томлюсь и завидую, Надеваю шляпу и галстук сиреневый И иду в курзал на свидание с лидою, Худосочной курсисткой с кожей шагреневой.

Навстречу старухи,мордатые,злобные, Волочат в песке одеянья суконные, Отвратительно-старые и отвисло-утробные, Ползут и ползут,словно оводы сонные.

Где благородство и мудрость их старости? Отжившее мясо в богатой материи Заводит сатиру в ущелие ярости И ведьм вызывает из тьмы суеверия...

А рядом юные ,в прическах на валиках, В поддельных локонах,с собачьими лицами, Невинно шепчутся о местных скандаликах И друг на друга косятся тигрицами.

Курзальные барышни,и жены,и матери! Как вас нетрудно смешать с проститутками, Как мелко и тинисто в вашем фарватере, Набитом глупостью и предрассудками...

Фальшивит музыка.с кровавой обидою Катится солнце за море вечернее. Встречаюсь сумрачно с курсисткою лидоюИ власть уныния больней и безмернее...

Опять о думе,о жизни,о родине, Опять о принципах и точках зрения... А я вздыхаю по черной смородине

И полон желчи,и полон презрения...

****

1908

Гугенбург Послание третье

Ветерок набегающий Шаловлив,как влюбленный прелат. Адмирал отдыхающий Поливает из лейки салат.

За зеленой оградою, Растянувшись на пляже,как краб, Полицмейстер с отрадою Из песку лепит лепит формочкой баб.

Средь столбов с перекладиной Педагог на скрипучей доске Кормит мопса говядиной, С назиданьем на каждом куске.