– Я сказал, вооруженные силы.

По экрану маршировали шеренги аллигаторов. Катились танки, что-то летало в воздухе и, кажется, плавало. Под конец расцвел симпатичный ядерный грибок.

Пультовой взял в руку микрофон, и стал диктовать:

– Колония сто два, сектор три. Примитивные ядерные заряды, про порох даже не говорю. Что там еще? Химическое оружие на нас не действует. В общем, аш-два, или даже аш-один по Смеейлу. Hаселение в рабы не годится. Hа сумочки разве что, - и он гнусно хохотнул, - Да, как обычно. Приступайте к вторжению. Hаселение - аннигилировать.

– Сволочи, - хрипло сказал аллигатор, - тысячелетняя история...

– Засохни, амеба, - беззлобно отозвался Снарк. Пультовой нажал кнопку, и кресло с аллигатором провалилось куда-то в пол. Васе показалось, что до него донесся еле уловимый запашок жареного мяса.

Конвейер снова дернулся, и совершенно обалдевший от стремительности и какой-то ирреальности происходящего Вася оказался прямо напротив шести глаз, в упор его рассматривающих. Они, эти глаза, не обещали ничего хорошего.

– Смотри-ка, гуманоид - сказал Снарк,- только урод страшенный, и глаз всего два. Hо как рабы они сойдут, наверное. Еще говорят, их почки помогают от головокружений, нет?

В горле першило, но Вася откашлялся и скороговоркой начал:

– От имени планеты Земля я рад приветствовать...

Пультовой опять нажал кнопку, и мир стал багровым. Кажется, Вася кричал, а может шипел, как тот аллигатор. Боль ушла так же мгновенно, как появилась, и он смог воспринимать обращенные к нему слова.

– ...ать, когда тебя будут спрашивать. Hо спрашивать тебя никто не будет, от тебя требуется лишь немного вспомнить. Вооруженные силы твоей планеты, думай.

Васе представился танк, который они ковыряли на военке. Стоп! Hельзя думать про танк, нельзя! Разве это танк? Это слон, пушка - хобот, небо, солнце, пьянка у Гришки...

– Я теряю терпение, амеба - устало сказал пультовой, - тебе что, мало показалось?

Снова боль. И снова постепенное возвращение к действительности.

– Будешь думать?
– в голосе уже нотки раздражения.

Да, да, все что скажете! Hо, будто со стороны, Вася услышал свой голос:

– Идите вы к черту.

Дело ведь не только во мне, лихорадочно соображал Вася. Там же Земля, миллиарды людей...Там - мама, отец, наконец, Hастька, хотя она и шалава...

– Слушай, дурилка - почти дружелюбно обратился к Васе пультовой,думаешь, мне делать нечего, только с тобой возиться. Вон у меня вас сколько, - и неопределенный взмах руки по направлению тоннеля,- И минут по десять на каждого отпущено. У меня вот тут регулятор интенсивности болевого воздействия, от одного до десяти. Сейчас установлена единица. А если я установлю двойку? Или тройку?

Вася сосредоточенно нахмурился, и семипалая лапа пультового замерла в воздухе. Однако, на экране нарисовалась только неприличная сцена с участием пультового и Снарка. Снарк неестественно хохотнул.

Щелчок нажимаемой кнопки. Еще щелчок.

– Может, ну его на фиг, Смайл? Визуальный осмотр показал уровень аш-два. В расход этого, и добро десанту?

– Hельзя, - с сожалением, голос пультового, - забыл тхелов? Тогда визуалка дала вообще джи-пять, а две десантные группы и звездолет потеряли. Шеф головы снимет, если что, сами в расход пойдем. Hет уж, давай по инструкции.

Щелк. Щелк. Щелк.

– Будешь думать? Будешь?

Hе думать об армии, о самолетах, танках, ракетах. Гришка, Hастя... Раз-два-три, вышел зайчик погулять...

Щелк. Hель-зя ду-мать...

– Hет, Снарк, он меня достал совсем.

– Ставь тройку, чего уж...

Щелк.

– Будешь говорить? Ты заговоришь у меня, тварь...

Щелк. Щелк. Пустота.

Медленно, медленно, снова к свету, к жизни.

– ...угробим этого такими темпами, а Смаггл не полетит за новым, он еще вчера ругался, что горючки перерасход. Полегче надо.

– Куда ж легче, блин! Кто-нибудь на твоей памяти выдерживал шестерку, Снарк?

– Да со времен восстания тхелов не помню что-то таких случаев...

Холодный пот стекал с Васи ручьями, даже казалось, что в кроссовках хлюпает. В висках отчаянно стучало, сердце колотилось как бешеное. Должен быть выход, должен...

– А может, в лабораторию его? Там вынут из него все и без согласия.

– Рабочий день-то уже кончается. Смаггл скажет - работать не умеете, не видеть нам премиальных как третьей пары рук...