Корней поморщился.

– Начинается...
– опять взбунтовался он.
– О, Боже... Ну за что мне все это?

– Неужели тебе не надоело в этой дыре?
– полюбопытствовал Грэм, ступая вслед за другом.
– Неужели тебя не одолевает скука? Неужели за все это время тебе ни разу не захотелось повидать старых друзей, поболтать за кружкой пива?..

– У меня есть пока с кем болтать.
– раздраженно буркнул Корней. Друзья - это понятие более растяжимое, чем ты себе можешь представить. Моя жена вполне заменяет мне пока всех моих друзей.

Грэм вздохнул.

– Ты сильно изменился. Я бы на твоем месте тут загнулся.

– Ладно... ЛАДНО!
– обернулся Корней и одарил друга уничижительным взглядом.
– Давай не заводи свою шарманку!

Оно подошли к дому и поднялись на открытую веранду. Их уже ждали два удобных плетеных кресла и бокалы с питьем. Жена Корнея исчезла. Это было кстати - назло Грэму Корней вполне мог пригласить ее остаться, тогда как разговор не предназначался для ушей женщины, хоть и жены бывшего детектива.

– Итак, Корней, - сказал Грэм, откидываясь в кресле и хватаясь за бокал.
– Ты наверное не в курсе того, что произошло месяц назад в Берлине?

– Не в курсе.
– опять раздраженно буркнул Корней и отхлебнул из своего бокала довольно большой глоток.
– Иначе не ты бы мне сейчас все рассказывал, а я тебе.

Грэм тоже отпил, полагая, что в бокале вино. Однако это был сок из какого-то тропического фрукта.

– Извини, не держу спиртного.
– со скрытым злорадством, как показалось, проговорил Корней.

– Ничего...
– махнул рукой Грэм.
– Я ведь не пить сюда приехал. Я ведь тоже хочу отдыха, Кор, у меня тоже имеются деньги - много, черт побери, денег!
– Он прикрыл глаза ладонью.
– Я тоже думал, что в этом году достойно уйду в отставку... Но, Корней, понимаешь, наш мудрый БОГ всегда располагает такими козырями, что которых мы, простые смертные, и не подозреваем даже! Боюсь, что это дело утопит меня с головой. Этот вшивый министр стал первым предвестником моего заката...

– Вот это уже ближе к делу.
– оживился Корней.
– Значит, прихлопнули министра. Так-так, я уже догадываюсь, какого именно болтуна. Несносный старикашка! Ему давно пора исчезнуть с глаз долой, но при чем же тут я, а? С политикой я завязал еще на заре своей карьеры, Фредди!

– Боюсь, что дело тут вовсе не в политике.
– вздохнул Грэм.
– Тут дело совсем в другом.

– Так в чем же?

Мимо с противным криком, более похожим на визг убиваемой собаки, пронеслась большая белая чайка. Казалось, она хотела о чем-то предупредить. Грэм вздрогнул, и неприязненно поглядев вслед, сказал:

– Вот это и есть самое главное - мы совершенно не можем понять - В ЧЕМ!

– Зацепки?
– уже с некоторым интересом спросил Корней.

– Никаких зацепок.
– проговорил Грэм, отметив это про себя.
– Ни зацепок, ни мотивов. Вообще ничего. Понимаешь - пустота, вакуум! Политикой тут и не пахнет за сто миль. Проверка была тщательная.

– Значит - личное.

– И тут ничего. Абсолютно.

Корнею, казалось, не дает покоя какая-то навязчивая мысль. Он задумчиво поскреб подбородок пальцем и насупился.

– Давай с самого начала.
– наконец сказал он.

– А это и есть самое начало.
– ответил Грэм, отхлебнув еще сока.
– Я сейчас тебе все расскажу. Дело было на международной конференции по политическому урегулированию в заливе Габес, наш президент присутствовал там в качестве главного арбитра. Министр же занимался исключительно подбором приемлемых вариантов. Понимаешь, Корней...
– Грэма словно прорвало, - если его и убил человек, то это был совершенно не такой человек, которых мы привыкли видеть вокруг себя. Во-первых, это абсолютнейший сумасшедший. Или Парень Без Нервов. К тому же умеющий работать сногсшибательно быстро и даже более того: он способен растворяться в воздухе.

Он опять помолчал. Корней смотрел на море и жмурился.

– Короче. Его прикокнули в... запертой комнате!
– наконец подсказал он.

Грэм кивнул.

– Так.
– произнес он.
– В некоторой степени это классическая загадка запертой комнаты. Но посложнее. Перед одним из заседаний этот министр в сопровождении своих телохранителей и некоторых чересчур уж навязчивых газетчиков отправился в... туалет. Конечно, в кабинку вместе с ним никто не пролез. Все сопровождающие остались перед дверью. Они ждали министра, ждали, но так и не дождались. Один из телохранителей обратил наконец внимание на то, что министр что-то уж сильно засиделся. Это ему показалось подозрительным. Он позвал, затем постучал, и наконец, не получив ответа, решился выбить дверь. Дверь отворилась, и все увидели...

– Картину в стиле Иеронима Босха.
– сказал Корней, иронически поджав губу.
– Я правильно угадал?

– Вообще-то правильно, - вздохнул Грэм.
– Но лучше всего это описал бы не Босх, а Стивен Кинг. Министра разделали, как говядину в мясной лавке. Такое мог сделать только ненормальный. Парень Без Нервов. Это хуже Джека Потрошителя. Это страшнее. И Джек Потрошитель не мог проникать сквозь стены.

– И конечно выяснилось, что охранники заглянули в кабинку и проверили ее перед тем, как туда вошел министр?