Он вышел из дверей таможни и остановился, больше он не мог сделать ни шагу.
Она сама пошла к нему.
Людской поток обтекал ее, не задевая. Мир раскололся. Было в нем несколько измерений – они, Айвен и Мария, существовали в четырехмерном, объемном, движущемся и живом, а все остальные, как тени телевизора, были двухмерными – длина и высота.
Он опустил чемоданы, к нему тут же подлетел носильщик, но он даже не понял его слов.
Он только услышал, как она шепнула ему издали, нет, не догадался, а именно услышал, словно не кричал репродуктор, не орала толпа, словно в мире была природная тишина.
Она шепнула:
– Я люблю тебя.
– I love you, – шепнул и он.
И эти простые слова пролетели над планетой, как гром, как рев мирной ракеты, как Божий глас:
