Он опустил бокал.

— Я приехал к вам в Суррей, миссис Сандерс, — сказал он, переменив тон на сугубо деловой, — прямо из Девейн-Холла с известием, что лорд Девейн скончался.

Это было вовсе не то, что я ожидала услышать. По-прежнему пытаясь сохранять самообладание, я спросила:

— Почему вы думаете, что это хоть в какой-то степени должно меня касаться?

— Потому что, — сказал он бесстрастно, — ваш сын упомянут в его завещании.

Сэйвил откинулся на спинку стула, не сводя с меня глаз.

Я не сразу смогла заговорить.

— Как упомянут там Никки? — спросила я наконец.

— Я не знаком с подробностями, — ответил граф, — Могу сказать только, что мой кузен Джордж оставил вашему сыну какую-то сумму денег.

Я не сводила глаз с пламени в камине. Не радость переполняла мою душу, но отчаяние.

— Расскажите, если можно, подробнее о том, что случилось, — сказала я, чувствуя, что он по-прежнему внимательно смотрит на меня.

— Это произошло меньше недели назад, — услышала я. — Экипаж Джорджа перевернулся, ему раздавило грудь.

Сэйвил замолчал, ожидая, видимо, моего ответа.

— Как ужасно, — произнесла я, не поворачивая головы. — Действительно, ужасно.

— Да, — подтвердил он и продолжал:

— Бедняга был еще жив, когда его привезли домой. Мы уложили его в постель… я был там, видел все это… послали за доктором. Леди Девейн надолго лишилась чувств, а я оставался с Джорджем, пока ждали врача. — Сэйвил снова отпил вина. — Мне казалось, что он без сознания, но когда мы остались одни, Джордж внезапно открыл глаза, и в них было видно настойчивое желание… мучительная необходимость что-то сказать…

«Проклятие, — подумала я. — О, будь оно все проклято!..»

Сэйвил заговорил снова:

— Джордж произнес мое имя. Я с трудом его понимал, кровь шла у него горлом, но он упорно звал меня.

Пламя в камине колебалось, дрова потрескивали, оттуда шло тепло, однако я ощущала только холод. Холод от ожидания того, что сейчас услышу и от чего не смогу отстраниться.

— "Я здесь, Джордж, — так я сказал, наклонившись к нему, — здесь… Что я могу сделать для тебя?"

Произнеся эти слова, граф всем телом повернулся ко мне, как бы давая понять, что скажет сейчас самое главное — то; что я, вероятно, не хочу, но должна услышать.

— "Разыщи ребенка", — сказал мне Джордж, и на его лице было такое выражение… Я не могу его забыть… «Ты обязан… должен найти мальчика…» — так он сказал… «Какого мальчика?» — спросил я.

Граф ненадолго замолчал. Я стиснула руки так, что почувствовала боль.

«Вот оно, — билось у меня в голове. — О Боже, вот оно наступило…»

— Я взял руку Джорджа, — продолжал Сэйвил. — Он ответил мне на удивление крепким пожатием… Я спросил: «Как мне найти этого мальчика, Джордж?..»

Граф снова умолк, или мне так показалось, а на самом деле он просто переводил дух. Но я уже не могла переносить эти паузы и повернулась к нему как раз в тот момент, когда услышала:

— …И Джордж ответил мне: «Отыщи Гейл».

Наши взгляды встретились, но я не произнесла ни слова.

— Он несколько раз повторил это, миссис Сандерс, — негромко сказал Сэйвил. — «Найди мальчика. Обещай, что найдешь его…»

Я сумела оторвать глаза от его лица, заставила себя глубоко дышать, пытаясь сохранить спокойствие, ничем не выдать своего смятения.

— Разумеется, я не мог не дать ему такого обещания, — закончил граф свой рассказ. — А через несколько минут его не стало. Еще до приезда врача.

На какое-то время в комнате повисло оглушающее молчание. Немного позже я различила тиканье часов.

Джорджа Мелвилла, лорда Девейна, я ненавидела много лет и не раз желала ему смерти, но оказалось, что и теперь, мертвый, он собирается причинить мне зло.

Откуда-то донесся спокойный голос Сэйвила:

— Ему недавно исполнился тридцать один год. Он на год моложе меня.

Я попыталась собраться с мыслями. «Могло быть хуже, — мелькнуло у меня в голове. — Джордж мог рассказать Сэйвилу обо всем».

— Как вы меня нашли? — проговорила я наконец.

— Через вашу тетушку мисс Маргарет Лонгуорт.

Я кивнула. Собственно, так я и предполагала: с тетей Маргарет я продолжала поддерживать отношения.

— Итак, теперь вы знаете, почему я вас разыскивал, — сказал граф. — По-видимому, ваш сын Николас — тот самый мальчик, о котором упоминал мой бедный кузен. Я душеприказчик Джорджа, исполнитель его завещания, которое на днях будет вскрыто и оглашено в Сэйвил-Касле — моем доме в Кенте. Я приехал за вами, поскольку вам надлежит присутствовать при оглашении последней воли Джорджа.