Ехали часа два, не меньше. Сначала - по каким-то шумным магистралям (Вероника то и дело слышала звук проносящихся мимо машин), потом свернули на куда более спокойное шоссе, а затем - на просёлок. Наконец машина вновь выехала на асфальт и вскоре остановилась. Вике развязали глаза.

– Выходи, козочка.

Было ещё достаточно светло. Девушка огляделась. Массивное, с небольшими окошками трёхэтажное кирпичное здание; пустынное, насквозь просматриваемое пространство небольшого парка; высокий бетонный забор (не хватает лишь колючей проволоки) и никаких признаков человеческого жилья вокруг. В свете меркнущего дня всё это выглядело весьма зловеще. Веронике стало не по себе, она хотела что-то сказать, но толстяк уже тянул её за собой.

– Идём скорее, нас ждут.

Они вошли в дом. Здесь царил почти полный мрак. Толстяку это однако ничуть не мешало, ориентировался он в доме совершенно свободно и потому продолжал тащить Вику за собой не сбавляя темпа. Вдруг из темноты перед ними выросла человеческая фигура. От неожиданности Вика вскрикнула.

– Это наш швейцар, - пояснил её спутник и, повернувшись к человеку в ливрее (позже она смогла убедиться, что это была самая настоящая ливрея), негромко добавил: - Передай, что мы здесь.

Фигура молча кивнула и удалилась, неслышно ступая мягким звериным шагом.

Толстяк потянул Вику куда-то вбок. Пройдя по скрывавшемуся за неприметной дверью коридору, они очутились в небольшой комнатке, служившей, как нетрудно было догадаться, медицинским кабинетом. Её спутник оказался врачом.

– Вот уж не думала, что предстать перед фотоаппаратом с голой задницей можно только по прохождению медосмотра, - иронично бросила Вика, снимая пиджак. С толстяком она почему-то сразу почувствовала себя совершенно свободно.

– Ты же будешь жить здесь какое-то время, пить, есть. А если у тебя сифилис?..

Тщательно осмотрев Вику, он хлопнул её по попке.

– Всё хоккей. Сейчас пойдём к Бобу: Кстати, если не секрет, где это он тебя подцепил?

– Не секрет. В музее изобразительных искусств: Была там одна выставка: Интеллектуальное знакомство значит?..

Вероника нарочито зевнула и потянулась за трусиками. Украдкой любовавшийся её телом толстяк поморщился, но ничего не сказал: Выйдя из кабинета, они поднялись на третий этаж и постучали в какую-то дверь, за которой раздавались дикие взрывы хохота. Хохот смолк, дверь отворилась, и Вика очутилась в душной, насквозь прокуренной комнате. Здесь её ждал Боб и ещё двое незнакомых мужчин. Все они были изрядно навеселе.

– Ну как пиздёнка?
– ухмыльнулся Боб.
– Нормально?

Говорил он, несмотря на свою кавказскую внешность, почти без акцента.

– Всё хоккей.

– Прекрасно, прекрасно, - Боб обвёл Вику сальным взором, потом встал, подошёл к ней. Некоторое время он молча изучал её в упор. Заглянул в глаза, поправил волосы, пощупал грудь. Осталось только проверить зубы. Вероника представила, как его волосатые лапы копошатся у неё во рту. Бр-р.

Но Боба интересовали не зубы. Ощупав бёдра и живот, он забрался к Вике под юбку и принялся тискать девушку между ног.

– Что вы делаете?!.. Что вы делаете!
– испуганно шептала Вика.

Но Боб плевал на все её причитания и уверено продолжал своё. Вероника закусила губу. Всё оборачивалось куда хуже, чем она полагала. К чёрту деньги. Теперь ей хотелось лишь смыться отсюда побыстрее: - Вот что, детка, - Боб неожиданно изменил тон.
– Расскажи-ка нам немного о себе. Биографию так сказать. Мы же всё-таки принимаем тебя на работу, - он усмехнулся.
– Итак, зовут тебя Вероника, да?

– Да.

– Ну а фамилия твоя как?
– Боб сложил руки на груди с видом Наполеона.
– И будь так любезна, - в его голосе послышались металлические нотки, - говори громче.

– Зачем вам моя фамилия?
– голос Вики заметно дрожал.

– Ну, детка, так не годится, - вновь нежным-пренежным голоском пропел Боб.
– Вопросы здесь задаю я.
– И, повернувшись к одному из парней, кивнул. Дай-ка мне её сумочку.

Вероника инстинктивно прижала было сумочку к себе, но парень рванул её так, что оставил у неё в руках лишь с "мясом" вырванный ремешок.

Боб раскрыл сумочку, порылся в ней и достал паспорт.

– Вероника Лозняк, 1965-ого года рождения, русская, - нараспев прочитал он.
– Прописана по адресу: Москва, улица Щербаковская: ну и так далее, - он убрал паспорт в ящик стола.
– Ясненько. Вот видишь как всё просто, а ты боялась: Ну а теперь раздевайся.

– Отдайте паспорт, - жалобно протянула Вика.

– Нет уж, детка, паспорт твой полежит пока здесь. И не заставляй меня повторять дважды, я этого не люблю.

Вероника покорно сняла пиджак. Потом освободилась от блузки и начала расстёгивать лифчик. Через какое-то время он последовал вслед за пиджаком и блузкой, а выплеснувшиеся на свободу груди заколыхались в ритме медленного танго. В это время продолжающий рыться в сумочке Боб выудил оттуда её студенческий.

– Ты учишься в МГУ?