Шла весна 1918 года, а вместе с ней и суровые испытания гражданской войны и иностранной интервенции, постигшие молодую Республику Советов. Уже в феврале на западных границах республики положение из угрожающего превратилось в катастрофическое. Германские и австро-венгерские вооруженные силы 18 февраля 1918 года возобновили военные действия и, воспользовавшись своим превосходством, двинулись в направлении Петрограда, Белоруссии, Украины. Советское правительство вынуждено было бросить навстречу врагу все имеющиеся в его распоряжении силы только нарождавшейся Красной Армии.

В конце марта 1918 года Каргопольский красногвардейский кавалерийский отряд был погружен в эшелон и через Москву отправлен в Брянск, откуда уже походным порядком красногвардейцы выступили навстречу врагу. После суровой вологодской зимы бойцы оказались во власти ранней весны южных губерний России. Под ласковым апрельским солнцем взбухли и разлились ручьи и речки, на дорогах непролазная грязь цепко держала не только повозки, но и пеших и конных.

Военные действия здесь резко отличались от позиционной войны 1916—1917 годов. Не существовало сплошного фронта, чаще всего столкновения враждующих сторон происходили вдоль линий железных дорог, вокруг крупных населенных пунктов. Отсутствие сплошной пинии фронта увеличивало значение кавалерийских частей, которые теперь, в отличие от условий позиционной войны, имели возможность маневра, обхода противника с фланга и тыла.

В конце апреля — начале мая 1918 года продвижение немецких войск на этом направлении прекратилось, установилась своеобразная граница. Столкновения на ней, однако, продолжались, и инициаторами их были националистические войска П. Скоропадского. Этот крупный украинский помещик, бывший командир 5-й кавалерийской дивизии, в конце апреля был провозглашен интервентами в угоду украинским националистам гетманом Украины. Красногвардеец Константин Рокоссовский понимал, что если витязи Запорожской Сечи были истинными борцами за цельность и независимость своей родины, если они признавали историческую необходимость единения народов Украины и России, то гайдамаки Скоропадского, пришедшие на Украину в обозе немецко-австрийских войск, были лишь послушными слугами немецких генералов, отдавшими и свободу, и богатства Украины в обмен на помощь в борьбе с собственным народом, и никогда в схватках с ними не знала жалости шашка Константина Рокоссовского.

Войска Скоропадского были сильны лишь поддержкой хозяев — немецких генералов и в столкновениях с красноармейцами постоянно терпели неудачи. Апрель—май 1918 года Каргопольский отряд провел в стычках с ними. В июне, однако, он покинул пределы Северной Украины.

Так Константин Рокоссовский начал свой нелегкий путь по фронтам гражданской войны. Путь этот пролегал среди бескрайних пространств Урала и Сибири. Здесь в каждой операции приходилось считать не на версты, а на сотни верст, здесь приходилось форсировать гигантские полноводные реки, преодолевать сухие, безводные степи и занесенную снегом тайгу. Здесь, в этих суровых безбрежных просторах, зрел талант будущего полководца Великой Отечественной.

В мае 1918 года на всем протяжении Великой Транссибирской железнодорожной магистрали, от Волги до Владивостока, в направлении с запада на восток двигались эшелоны с чехословацкими легионерами. Чехи и словаки, бывшие военнослужащие австро-венгерской империи, взятые в плен русской армией в ходе войны 1914 — 1917 годов, выразили желание сражаться против немцев. Когда после заключения Брестского мира руководители корпуса захотели выехать во Францию через Владивосток, Советское правительство пошло им навстречу, предоставив возможность проезда по железной дороге. Руководители корпуса твердо обещали сдать имевшееся у них в изобилии оружие, но обещания своего они не выполнили. Плохо разбиравшиеся в происходящем в России, обманутые своим командованием, которое утверждало, будто Советское правительство собирается выдать их Австро-Венгрии, солдаты чехословацкого корпуса, по сути дела, стали слепым орудием в руках врагов Советской республики и в первую очередь своих руководителей, толкнувших чехословацкий корпус к мятежу против Советской власти.

Мятеж начался 25 мая, и в течение недели чехословацкие войска, воспользовавшись неожиданностью выступления и отсутствием у советских органов Поволжья, Урала и Сибири достаточных вооруженных сил, захватили значительную территорию.

Туда, на Урал, и отбыл 10 июня 1918 года Каргопольский отряд. На этот раз путешествие через всю Европейскую Россию затянулось на несколько недель. На скорости передвижения эшелона сказывалась разруха, господствовавшая на железнодорожном транспорте. Сидя целыми днями у раскрытых дверей теплушки, следил Рокоссовский за тем, как постепенно, по мере приближения к Уралу, менялась окружающая природа. После станции Чусовая поезд, пыхтя и вздрагивая, стал подниматься к перевалу по склонам Уральского хребта. Вдали, подернутые синеватой дымкой, виднелись горы, обросшие щетинистым лесом. Миновали ночью границу Европы и Азии. Состав, то скрываясь в тоннелях, то снова появляясь на поверхности, двигался к Екатеринбургу.

На Урале развернулись упорные бои, в которых красногвардейские части, несмотря на самоотверженность и готовность их бойцов сражаться, терпели поражения и несли большие потери. Главной причиной этого было то, что отряды, в подавляющем большинстве состоявшие из добровольцев-рабочих, не имели никакой военной подготовки. Добровольцы, безусловно преданные, сознательные люди, как правило, вовсе не имели понятия об оружии, а к инструкторам, посланным из центра, подчас относились с предубеждением. Отряды не имели внутренней организации, средств передвижения, питания и связи. Начальники отрядов в большинстве случаев были такими же рабочими, не обладавшими самыми элементарными сведениями об управлении войсками в бою.

Только в ходе сражений командиры и рядовые красногвардейских отрядов учились искусству войны, приобретали необходимый боевой опыт, но давался им этот опыт нелегко и стоил немало крови.

В борьбу, развернувшуюся под Екатеринбургом, Каргопольскяй отряд вступил во второй половине июля 1918 года, когда положение города было уже критическим. Несмотря на упорное сопротивление красных войск, противник 25 июля овладел Екатеринбургом в продвинулся значительно западнее. Отступил на запад по железной дороге Екатеринбург—Кунгур в сильно поредевший после боев отряд Юшкевича.