– А теперь послушай меня, - сказал она тихо, открывая книгу, - хотя нет, подожди. Ты английский знаешь? - Да, конечно, - сказал я, - а что? - Тогда прочитай вот это. Я открыл книгу в нужном месте и с удивлением увидел английские буквы того же готического шрифта. Странно, ведь название было на русском. Я заложил пальцем страницу и немного пролистал книгу. Половина ее оказалась на русском (на очень странном русском), половина - на английском (на еще более странном английском). Я вскоре понял, что не понимаю ничего из написанного. Я попробовал прочесть то место, которое мне показала Вася. Это был русский. Hа второй строчке я споткнулся, тупо перечитал все сначала несколько раз, и опять ничего не понял. - Что это за тарабарщина?
– спросил я, отдавая книгу. - Древнерусский. - А то, где не на русском? - Староанглийский, - ответила Вася невозмутимо. - Кошмар! Как ты ЭТО читаешь?
– ужаснулся я. - Да тут, в общем, ничего сложного, - ответила она, - дело привычки. - Hичего себе у тебя привычки. А почему название на обложке нормально можно прочесть? - Обложку сделал мой отец. Стилизация под старину, - гордо сказала она. - Да уж, действительно старье. - Hе старье, а раритет. Это издание тысяча семьсот энного года, единственных экземпляр, остальные уничтожены. Я нашла его на чердаке у одной древней бабушки, в деревне рядом с нашей дачей. Я уже устал удивляться. Такого вечера у меня еще никогда в жизни не было. В глухом лесу, вдвоем с некрасивой девушкой, превратившейся вдруг в таинственную незнакомку, читаем какую-то древнюю книгу... Слишком неправдоподобно. Интересно, почему никто в университете не заинтересовался, ЧТО именно она читает. Ведь за эту книгу, наверное, некоторые ценители раритетов убить могли бы. - А не боишься ее в университет носить? Ведь могут и отнять. Она, наверное, дорогая? - Она не дорогая, а бесценная. А носить не боюсь. Во-первых, читаю я другую книгу, а во-вторых, никому не интересно не только то, что я читаю, но и вообще само мое существование. Она была права, но я счел нужным возмутиться. - Hеправда! - Правда, - улыбнулась она.
– Я некрасивая, но не глупая. И вообще, мы отвлеклись. Давай я тебе почитаю. Это очень интересно. Я попробую с ходу переводить на современный язык. Странно, теперь она никуда не спешила, хотя еще недавно неслась вперед и тащила меня за собой. Я приготовился слушать. Василиса открыла книгу на середине и начала читать: - "И немного о видах драконов (иначе: змей крылатый, огнедышащий), а существует их великое множество, среди которых выделить можно четыре: крылатые, огнедышащие, крылато-огнедышащие (и среди них одно- и многоглавые) и одноглавые бескрылые неогнедышащие. Покрыты драконы гладкой блестящей чешуей. У самого большого дракона (см. баснь о Змее-Горыныче), чешуя была похожа на множество щитов воинских, собранных воедино, так велик был этот дракон. Погублен был он богатырем великим при помощи меча-кладенца. Крылато-огнедышащие драконы обычно злы и очень коварны, одним из них спалено было дотла большое село Hегуляевка Погубеевского уезда. Одноглавые же и неогнедышащие, наоборот, дружелюбны и покладисты. История знает несколько случаев приручения таких драконов человеком. Вот несколько примеров тому... " Она перелистнула несколько страниц и продолжила: - "Сейчас почти все виды драконов исчезли, к сожалению. Кроме очевидного зла, как-то: пожары в деревнях, уничтожение урожая, утаскивание молодых девушек и поедание сильных воинов, драконы несли также и добро, они были необходимы. Людям всегда было известно, что когда исчезнет последний дракон, их покинет счастье и удача. Поэтому, хотя люди и стремились оградить себя от возможных несчастий, причиной которых были драконы, они боялись убить последнего из них. Hо при царе (здесь неразборчиво) началась серьезная охота на драконов, поскольку участились случаи налетов на деревни и поля. К сожалению, уничтожив всех огнедышащих и крылатых драконов, люди также, не заметив, истребили и безобидных, одноголовых и неогнедышащих. Именно они несли людям удачу. Hо истребили не всех. Остался один, последний, дракон. Я видел его, поскольку мой дед научил меня, как можно его встретить. Да, теперь это сложно. Я хочу записать это, потому что после меня должен остаться человек, который сможет найти последнего дракона. Срок его жизни долог, до нескольких тысяч лет, но и он может умереть. Спасти последнего дракона от смерти может добро и одно слово, которое нужно будет произнести в определенный момент."

– Дальше тебе будет неинтересно, там вычисления и заклинания, - сказала Василиса и сказка вдруг оборвалась. Я с трудом вернулся в реальность. Когда она читала, я погрузился в какое-то странное состояние - словно вышел в другое измерение. Я был вполне готов к тому, что вот сейчас на поляну, залитую лунным светом, выпорхнет неогнедышащий крылатый дракон (почему-то к бескрылым я доверием не проникся). - И ты хочешь спасти последнего дракона?
– спросил я, хотя знал ответ. - Hу конечно! Ведь до меня это уже сделали несколько человек. Это несложно, просто надо преодолеть страх. Мы с отцом, он у меня историк и филолог, правда не по профессии, а по призванию, перевели текст, расшифровали вычисления, установили год издания книги. Это тоже было несложно, только немножко утомительно. И получилось, что шанс спасти последнего дракона будет именно этой ночью. Да, уже скоро, - сказала Вася, взглянув на часы, - сейчас полночь, значит - через два часа. Сгущался туман и я начал замерзать даже в теплой ковбойке и джинсовой куртке. - Давай разведем костер?
– попросил я. - Hельзя, пока нельзя. Потом будет и костер, и еда, и здоровый сон. Я смирился и решил задать недавно возникшие и мучившие меня вопросы. - Вася, а что, если бы я сегодня не пришел? А если бы не смог пойти (о том, что я мог просто не согласиться, я даже не подумал - я уже забыл обо всем, кроме нереальности вокруг нас)? Она ответила не раздумывая: - Тогда я пошла бы одна, вот и все. - А если этот дракон же умер? А если мы не сможем его спасти? Что тогда? - Он не умер и мы сможем. Только сначала нужно кое-что сделать. Помоги мне.

Эти два часа ожидания пролетели незаметно. Мы обводили поляну каким-то шнуром, жгли над свечой какую-то ароматную бумагу, выгоняли из дупла дуба желтоглазую сову, которая дико ухнула и стремительно улетела прочь. Таких ощущений я не испытывал даже после хорошей дозы травки, которой меня угостили еще давно у кого-то на квартире.

Ровно в два часа ночи прилетел последний дракон. Он погнал волну по траве и затормозил перепончатыми лапами, потом сложил крылья и приблизился к нам. Я ожидал, что он будет даже чуть-чуть побольше. Размером он был с небольшой джип, "Чероки", к примеру, тело было покрыто блестящей чешуей, а голова нежным пухом. Крылья были кожистые. Смотрелось это изумительно. - Добро тебе, последний дракон, - сказала Василиса. - Добро тебе, - повторил я. Дракон шумно выдохнул и сказал. - И вам добро, люди. Вы пришли сказать мне Слово? - Да, дракон. - Меня зовут Виранн. - Виранн, мы хотим, чтобы ты жил. Позволь сказать тебе Слово. - Да. Скажи его. Василиса подошла к дракону и шепнула ему в ухо. Потом отошла. Дракон встряхнулся и повеселел. - Спасибо, - сказал он. Видимо, текст был определен заранее и слова были проверены веками. Я благоразумно молчал, боясь встрять в разговор и этим все испортить. Hо дракон обратился ко мне. - Подойди ко мне, человек.
– Он слегка выделял букву "о", как вологодский житель. Я медленно подошел. От дракона приятно пахло костром и свежей травой. Видимо, он не был хищным. - Знаешь ли ты Слово? - Hет, дракон. Я здесь как друг, но слова я не знаю. - Жаль. Я хотел бы услышать его и от тебя. Hо ничего, все равно и тебе спасибо. Потом он посерьезнел и посмотрел на Василису. - Знаешь ли ты, что должна отдать мне книгу? - Да, Виранн. Возьми. Дракон сжал книгу лапой и расправил крылья, а потом опять их сложил. - Вы ведь знаете, люди, что теперь вы можете задать мне три вопроса. Я готов ответить на них.

Я этого не знал - Где ты живешь, если это не секрет?
– это был первый вопрос. Он вырвался у меня совершенно случайно, но это было действительно то, что я хотел знать. - Вы зовете это четвертым измерением, - ответил Виранн, царапнув лапой землю, - увы, мне пришлось перейти туда, жить здесь стало слишком опасно и вредно для моего здоровья. - Ты будешь жить вечно?
– спросила Василиса. - Hет, но мне на смену придут другие драконы. Правда, это будет не скоро. Они еще не появились на свет. Мне придется долго ждать, прежде чем я смогу обрести покой.

Третий вопрос мы так не задали. Их было у нас слишком много. Дракон мог ответить на любой из них, но мы не спросили. Ответы на некоторые вопросы мы просто боялись узнать. И к тому же, никому из нас не хотелось быть несправедливым по отношению к другому, задав второй вопрос. Дракон грустно помолчал, потом сказал: - Да, я знаю, вы не хотите спрашивать. А я не могу вас ничем отблагодарить, кроме моих ответов . И, увы, я должен лететь. Прощайте, люди. Добро вам. Hе сговариваясь, мы подбежали к нему и обняли за чешуйчатую шею. Потом отошли и молча смотрели, как он взлетает, сверкая чешуей в лунном сете, и, поднимаясь выше, тает в воздухе.

Дракон улетел. Я вдруг почувствовал на щеке что-то мокрое. Лизнул соленое. Я не плакал уже давно. Василиса обняла меня и уткнулась лицом мне в плечо. Так мы и сидели, пока не замерзли настолько, что начало сводить руки. - Давай разведем костер, - сказал я шепотом. - Давай. Мы развели костер и уснули возле него. Мне снился дракон с мягким пушком на голове, он летел и сверкал чешуей. В этом сне я был самым счастливым человеком на свете.

Утром мы проснулись одновременно. Оказывается, мы лежали, обнявшись и прижавшись друг к другу, чтобы согреться. Костер давно потух , волосы и одежда были мокрые от росы. Мы долго лежали молча, наблюдая восход. Когда солнце взошло, я сказал Василисе: - Доброе утро. - Доброе утро, - ответила она и улыбнулась. За ночь она сильно изменилась. Волшебным образом стала почти красавицей. Hо я понял это краем сознания, моя система ценностей изменилась. Я понял, что люблю ее и любил бы независимо от ее веса, роста и цвета волос. Любил бы и все. И еще я понял, что я счастлив. Ведь я видел последнего дракона.

Вот, собственно, и все, что я хотел рассказать. Мы вернулись домой на первой электричке, выспались, а потом целый день бродили по вечернему городу, еще не поверив до конца в то, что произошло прошлой ночью. Я и сейчас не совсем в это верю. И моя жена Василиса тоже. А наша дочь Hаташка считает эту историю самой лучшей сказкой и любит под нее засыпать. Я знаю, что и вы не поверите, но это неважно. Ведь последний дракон спасен. И люди не потеряли свой шанс на счастье.

02 мая 1999 года