Сказанное не так уж и расходилось с действительной позицией Мэлтби.

Дрейн удовлетворенно кивнул, но продолжал допрос.

– Что собираются предпринять миксанты в связи со вторым ультиматумом землян?

Вопрос представлял собой чистую провокацию, и все же Мэдтби поразился наивности Дрейна. Трудно было обвинить офицера, который уже неделю находится в космическом полете, в поддержании связей с экстремистами. Мэлтби ответил сдержанно:

– Я не ищу контактов с представителями мятежников.

Дрейн понял свой просчет. Он поспешил якобы уточнить:

– Вы не так меня поняли, капитан. Я спрашиваю, не подсказывает ли вам что-нибудь ваша интуиция?

– Я могу только предполагать,- ответил Мэлтби простодушно,- что группировка, в которую входит меньшинство миксантов, не сомневается в победе землян. Но большая часть этого народа, который устал скрываться и жаждет нормальной жизни в Деллии, безусловно, поддержит лояльных граждан Федерации.

– Каково соотношение экстремистов и умеренных?
– спросил адмирал, пристально глядя на Мэлтби.

– Думаю, примерно двадцать пять процентов к семидесяти пяти,- без паузы на раздумье ответил Мэлтби.

Дрейн еще не удовлетворил своего любопытства.

– Существует ли возможность, что меньшинство решится напасть на нас с помощью своих космических лодок?

Опасность была так близка, что Мэлтби чувствовал ее буквально всей кожей.

– Они не смогут,- быстро сказал он.

Адмирал подозрительно посмотрел на него.

– На чем основана ваша уверенность в слабости экстремистов?

– Но, сэр,- как можно натуральнее постарался удивиться Мэлтби,- откуда же они возьмут квалифицированных астронавигаторов и метеорологов?

"На самом деле,- думал в это время Мэлтби,- Деллия стоит на грани катастрофы. Быть войне или не быть, решают военачальники миксантов, которых не остановит отсутствие специалистов".

Наступило тягостное молчание. Адмирал явно не был склонен верить Питеру, и тот мрачно размышлял над тем, что у него мало шансов выйти не арестованным из этих аппартаментов. А еще вполне возможно, что его как шпиона отправят в трибунал, после чего, по законам военного времени, незамедлительно поставят под жерло аннигилятора.

Дрейн прервал его раздумья.

– Капитан, я не раз слышал о двойном сознании миксантов. Но, по-моему, никто не знает, существует ли подобный феномен на самом деле.- В его глазах еветился неподдельный интерес.Если кто-то из миксантов обладает сверхчеловеческими качествами, то не может ли это обострить нынешнюю ситуацию? Я имею в виду амбиции таких существ, которые могут толкнуть их на сделку с Главной Галактикой.

Мэлтби усмехнулся.

– О, пустяки,- он, пожалуй, никогда не лгал столько, как теперь.- Сплетни о двойном сознании миксантов были пущены их агентами во время прошлой войны с целью запугать противника. У таких историй обычно бывает неимоверно долгий век. Известно, что мозг любого существа состоит из бесчисленных молекул...

Дрейн иронически покосился на него. Мэлтби понял, что не должен чересчур упрощать свою "лекцию".

– Продолжайте, - буркнул адмирал.

– Каждая из молекул взаимодействует с другими. В этом мозг миксантов не отличается от мозга обычных деллийцев. Но есть более глубокий уровень. В каждой клетке мозга миксанта имеется цепочка двойных белковых молекул, а у других деллийцев они одинарные. В этом вся разница.

– Но какое это имеет значение?

– Миксанты благодаря этому наследуют психическую устойчивость деллийцев и способность к творчеству аборигенов.

– Только-то?
– удивился Дрейн.- Так много разговоров вокруг этой таинственной особенности, а все, оказывается, надумано.

Мэлтби увидел, как чувство собственного превосходства снова вернулось к адмиралу. Но тут Дрейн спохватился:

– А что же тогда болтают о гипнозе, которым все миксанты якобы владеют от рождения? Есть люди, которые утверждают, что испытали на себе силу этой их дьявольской способности!

Мэлтби обезоруживающе рассмеялся.

– Перед вами тоже миксант, сэр. Как видите, никакие таинственные флюиды от меня не исходят. Мои товарищи подтвердят, что никогда не замечали во мне мистической силы. Может быть, кто-нибудь из миксантов обучился гипнозу. У страха глаза велики.

Мэлтби понизил голос, как бы говоря о некой тайне.

– Сэр, откровенно говоря, я слышал и другое. Похоже, что в отдельных случаях миксанты применяют аппаратуру для подавления психики. Мне кажется, этому можно верить.

Адмирал зевнул и больше его не слушал. Но внезапно он взял со стола и подал Мэлтби радиограмму, которую разглядывал перед его приходом. Питер с первого взгляда увидел, что это шифрограмма.

– Она пришла на ваше имя, капитан,- сказал адмирал. И, сделав над собой усилие, признался: