Суровое лицо Дикона тут же расплылось в улыбке:

— Ну, теперь похоже, что это вы, Лоренс, на кого-то обижаетесь.

— Нет, Майкл, я просто жалуюсь. Но старикам разрешено жаловаться. Ведь неважно, какими бы положительными ни были их мотивы, пожилым мужчинам все равно приходится долго уговаривать женщин, которым еще не исполнилось сорок, лечь с ними в постель. А уломать их не так то просто, как это кажется на первый взгляд. Я говорю с такой уверенностью, потому что сам пробовал.

— Я не могу делать вид, что с моей стороны это не было чистой похотью. Клара была — да и остается — настоящей красавицей.

— Ну с кем я спорю? Между прочим, полгода назад мне пришлось кастрировать своего кота. Соседи начали жаловаться, что у него постоянное ненасытное желание овладевать их симпатичными кошечками.

— Ну, я еще до такого безобразия не дошел, Лоренс.

— Да и мой кот тоже. Он делал только то, на что его запрограммировал Господь. А то, что он выбирал только самых хорошеньких, только доказывает его тонкий вкус.

— Мне кажется, я вообще никогда не говорил Кларе о том, что мне хочется иметь детей. Пару раз я поднимал эту тему с Джулией, но она отвечала, что у нас еще уйма времени впереди.

— Время было, пока вы не бросили ее ради Клары.

— А я-то думал, что вы попытаетесь убедить меня, будто я все же не слишком виноват перед ними. Неужели вы не понимаете, что все было сделано только ради того, чтобы продлить род Диконов?

— Неспособность что-либо совершить не может быть оправдана. Если вы хотите иметь детей, значит, надо найти такую женщину, которая разделяла бы это ваше желание. А мой рассказ про столярные инструменты означает то, что у разных людей имеются разные жизненные ценности.

— Ну, и куда же мне теперь следует направиться? — криво усмехнулся Майкл. — В бар для одиноких? В брачное агентство? Или уж сразу подать объявление в газету?

— Если не ошибаюсь, Мао как-то сказал: «Каждое путешествие начинается с первого шага». И почему вы нарочно стараетесь, чтобы этот первый шаг получился у вас столь трудным?

— Не понимаю вас.

— Перед тем как еще раз броситься в бездну, вам следует немного попрактиковаться. Вы уже забыли, какой простой может быть любовь. Придется еще раз выучить этот урок.

— Каким же образом?

— Ну, я уже говорил вам: я люблю своих котов, но вовсе не собираюсь на них жениться.

— Вы намекаете на то, что мне тоже следует завести какое-нибудь домашнее животное?

— Я ни на что не намекаю, Майкл. Вы достаточно умны, чтобы самостоятельно делать выводы и решать, как следует поступить. — Лоренс достал из кармана визитную карточку. — Вот номер моего телефона. Звоните мне в любое время, я практически всегда бываю на месте.

— А вы потом не пожалеете? Откуда вы знаете, что я не воспользуюсь вашей добротой и не начну надоедать вам бесконечными звонками?

Глаза старика снова озорно сверкнули, но на этот раз Майкл успел заметить в них еще и искреннее признание:

— Я очень рассчитываю на такой ход событий. Как редко мне теперь приходится чувствовать себя кому-то нужным!

— Вы самый гнусный обманщик, которого мне только приходилось встречать!

— Почему вы так говорите?

— «Как редко мне теперь приходится чувствовать себя кому-то нужным», — повторил он слова Гринхилла. — Мне кажется, вы заявляете то же самое всем беспризорникам, которым впоследствии помогаете. И вот что мне хочется узнать: вы всех вот так же эмоционально шантажируете, или я заслужил особую привилегию?

Старик засмеялся. Он ликовал:

— Всех тех, кто вдохновляет меня надеждой. Накормить можно только голодных, Майкл.

Как ни странно, но эти слова вызвали у Майкла пугающие воспоминания. Перед его глазами появился образ Билли Блейка, похожего на живой скелет. Дикон достал бумажник и вынул оттуда фотографию нищего.

— Вам никогда не приходилось беседовать с этим человеком? Он был бездомным и обитал в заброшенном складе примерно в миле отсюда. Он умер от голода полгода назад, вон там, на территории частного владения. Хотя он называл себя Билли Блейком, я полагаю, что это было вымышленное имя. Мне очень важно выяснить, кем он являлся на самом деле.

Гринхилл внимательно изучал фотографию в течение нескольких секунд, но потом с сожалением отрицательно покачал головой:

— Боюсь, что нет. Иначе бы я его обязательно запомнил. Такие лица нелегко забыть, верно?

— Да уж.

— Но его историю я знаю. Она произвела здесь настоящий фурор на день или два. А почему это так важно для вас?

— Меня попросила об этом женщина, в гараже которой он скончался, — объяснил Дикон.

— Миссис Пауэлл.

— Да.

— Я пару раз видел ее. Она разъезжает на черном «БМВ».