Все еще глядя в окно, Шерон сказала:

– Вас просят зайти на репетицию.

Начинался снег. Сквозь стекло хлопья казались синими.

– Сейчас приду. Тут бездомные, о них нужно позаботиться. За сегодняшний вечер это уже вторая пара. Они всегда приходят на Рождество. А в чем дело? Что-то с пальмами?

– Что?
– Шерон как завороженная смотрела на падающие хлопья.

Преподобная Фаррисон проследила за ее взглядом:

– Через несколько минут за ними приедет фургон из ночлежки. Мы не можем оставить их здесь без надзора. За последний месяц было два ограбления методистской церкви, а у нас тут все пожертвования "Для малых сих".

Она показала в сторону зала общины.

"А мне казалось, что подарки именно для бездомных", - подумала Шерон.

– Они не могут подождать в храме или где-нибудь еще?
– спросила она.

Преподобная Фаррисон вздохнула:

– Если их впустить, это не пойдет им на пользу. Они приходят сюда, а не в ночлежку, потому что в ночлежке у них отбирают спиртное.
– Она направилась в коридор.
– Зачем я нужна?

– А, это насчет света. Роза спрашивает, можно ли осветить боковой проход для Марии и Иосифа.

– Не знаю.
– Преподобная Фаррисон пожала плечами.
– Здесь со светом такая неразбериха.
– Она остановилась около распределительного щита, рядом с лестницей, которая вела вниз, в комнаты для занятий воскресной школы и хора.
– Скажите мне, где зажжется свет.

Щелкнул выключатель. Свет в коридоре погас. Преподобная Фаррисон снова включила его. Попробовала другой рубильник.

– Это свет в канцелярии, - сказала Шерон, - и в нижнем коридоре, где занимается воскресная школа для взрослых.

– А этот?

Хористы взвизгнули. Дети завопили от радости.

– Подходит, - сказала Шерон.
– Вот и освещение бокового прохода.
– Она крикнула вниз: - Ну как?

– Прекрасно, - ответила было Роза.
– Нет, подождите. Орган отключился.

Преподобная Фаррисон нажала еще какую-то кнопку, и орган со стоном проснулся.

– Теперь погасли лампы в боковых проходах, - заметила Шерон, - и на кафедре.

– Я говорила, что с этим светом одна морока.
– Преподобная Фаррисон щелкнула еще одним выключателем.
– А сейчас?

– Потух фонарь на крыльце.

– Хорошо. Так и оставим. Может, это отпугнет бездомных. На прошлой неделе преподобный Уолл разрешил бездомному подождать в помещении, а тот помочился на ковер в воскресной школе для взрослых. Ковер пришлось сдать в чистку.
– Она с укором посмотрела на Шерон.
– С этими людьми нельзя поддаваться состраданию.

"Нельзя, - подумала Шерон.
– Иисус поддался состраданию, и смотрите, что с ним сделали".

– Хозяин гостиницы мог прогнать их, - нараспев читал преподобный Уолл через двадцать минут после начала предрождественской проповеди.
– Он был занят, и гостиница была переполнена путешественниками. Он мог закрыть дверь перед Марией и Иосифом.

Вирджиния наклонилась к Шерон и Ди:

– Человек, который залез в церковь, взял что-нибудь?

– Нет, - сказала Шерон.

– Он написал на пол в детской, - прошептала Ди.

Преподобный Уолл смущенно умолк и взглянул на хор.

Ди громко закашлялась и закрыла рот рукой, чтобы заглушить кашель. Преподобный Уолл слабо улыбнулся ей и повторил:

– Хозяин гостиницы мог прогнать их.

Ди немного подождала, затем открыла сборник церковных гимнов на том месте, где лежала программка, и застрочила карандашом. Она передала программку Вирджинии, та прочитала и отдала Шерон.

"Преподобная Фаррисон думает, что нескольким бездомным удалось проникнуть в храм, - сообщали каракули на программке.
– Еще они сломали пальмы, приготовленные для представления. Сорвали их с планок. Можете себе представить, кто на такое способен?"

– Подобно хозяину гостиницы, нашедшему место для Марии и Иосифа в тот канун Рождества, много лет назад, - закругляясь, сказал преподобный Уолл, - найдем и мы в наших сердцах место для Христа. Аминь!

Орган начал вступление к хоралу "О город Вифлеем", вдалеке в сопровождении Мириам Берг показались Мария и Иосиф. Мириам поправила белое покрывало Марии и что-то зашептала им обоим. Иосиф потрогал приклеенную бороду.

– Как они пойдут?
– прошептала Вирджиния.
– По боковому проходу или прямо по центральному?

– По боковому, - ответила Шерон.

Хор встал.

"О город Вифлеем, тих и сладок твой сон, - запел хор.
– В вышине над тобой, храня твой покой, звезды плывут чередой".

Мария и Иосиф медленно, размеренным шагом, как учила их Роза, рука об руку двинулись по боковому проходу. "Нет, - подумала Шерон.
– Это неправильно. Иосиф должен идти немного впереди, оберегая Марию, а Мария должна держать руку на животе, оберегая ребенка".