Я блаженно подпеваю, отфигачивая очередной кусок плинтуса.

— Ого! Вот это да… приколись! — Это Друзи. Он дергает за ручки ящичков в девичьем комоде, пытаясь отыскать тот, что ему нужен. Ловкость охотника его не подвела — и вот он уже вытаскивает на свет божий пару крохотных трусиков и вынюхивает, будто сейчас прямо в ноздрю себе засунет.

— Жалко, что нет здесь какой-нибудь корзинки с грязным бельишком, — ржет он, но вдруг, охваченный новой идеей, он выбегает в прихожую и поднимает крышки стоящих там ящиков. Пусто.

— Вот гады. Хотя у нас уже есть парочка уютненьких трусишек, а?

— Ебнуться можно, я уже по уши влюблен в нашу цыпу, — говорю я, растягивая нежную ткань поближе к свету, и пытаюсь мысленно нарисовать себе голографическую картинку тех прелестей, что должны бы были оказаться внутри. — Сколько лет малышке, как думаешь?

— Ну, навскидку бы дал не меньше четырнадцати, но и не старше шестнадцати, — ухмыляется этот Друзи.

— Просто суперклевая наикрутейшая птичка, — говорю я, разглядывая самую что ни на есть сексуальную коллекцию исподнего. Вытаскиваю из кассетника Блёр и ставлю Оазис — заводят они здорово, и хоть я не прикалываюсь к группам, мне больше клубные темы нравятся, но сейчас Оазис мне подойдет. Иду обратно плинтуса отковыривать, а Друзи, похоже, застрял с бельем не на

шутку.

Поднимаю глаза и вижу перед собой следующую картинку: дружок мой натянул себе на бошку девчонкины трусики, сверху еще стеклышки свои нацепил и дрыгается под музон. И еще я, по-моему, слышу какой-то шум за дверью, но прежде, чем я успеваю крикнуть об этом Друзи, наш хозяин мистер Муар появляется в проеме прямо перед Друзи, который пляшет себе как ни в чем не бывало.

— В чем дело? Чем вы занимаетесь? Да вы… вы… Бедный Друзи стаскивает с кочна злополучные трусы.

— П…простите, мистер Муар… хотели немножко пошутить, — оправдывается он. — Ха, ха, ха — игривым театральным смехом.

— Это, по-вашему, смешно? Рыться в личных вещах постороннего человека? Вести себя по-свински в нижнем белье моей дочери!

Для меня это оказалось последней каплей. Я заржал, как жеребец, и уже ничего не могло меня остановить. Господин Смешковский личной персоной, да еще какой! Мышцы лица свело, будто в приступе, и я чувствовал, как багровею.

— Хе, хе, ха, ха, хе…

— А ты над чем потешаешься? — Он обернулся в мою сторону. — Думаешь, это смешно, черт вас дери! Вы… — извращенцы поганые — рыться в личных вещах моей дочери!

— Простите нас, — заискивающе прошелестел Друзи, я бы и не смог ничего ответить.

— Простите? Вы еще прощения просите? У самих-то дети есть? Я вас спрашиваю!

— У меня два парнишки, — отвечает Друзи.

— И что, думаешь, так и должен себя вести порядочный отец?

— Ну, я ведь уже извинился. Ну, глупость сделали. Мы же пошутить хотели, только и всего. А сейчас что — будем стоять здесь и рассуждать о том, как должны вести себя порядочные отцы или мы с напарником будем работу делать? И так и этак — платить вам. Что предпочитаете?

По — моему, Друзи выступил довольно круто, но этот парень, Муар, видно, думал иначе.

— Собирайте инструменты и проваливайте. За работу, которую уже сделали, я заплачу. И радуйтесь, что я в полицию на вас пока не заявляю!

Пока мы убирались, наш приятель несколько раз заходил и снова начинал свои причитания, простофиля, забыл, что в кулаке все еще стискивает дочкины трусики.

Мы с Друзи сразу пошли в паб.

— Слушай, прости, что не успел предупредить. Музыка громко играла. Все вроде спокойно, как вдруг, раз, а этот кекс уже вошел, — а ты прямо перед его носом отплясываешь свой маленький танец.

— И не такое еще бывает, Ллойд, — на лице Друзи заиграла улыбка. — А ведь неплохо поржали, правда? Помнишь, что у него на роже было написано?

— А у тебя самого — видел?

— И то верно, — разразился он задорным хохотом.

Друзи расплатился со мной, и мы здорово надрались. Потом я сел в тачку до Хэймаркета и на электричку в Соупдодж сити. Там я на такси добрался до хаты Стиво в Вест Энде, причем за то же расстояние, но только в Эдинбурге, я заплатил бы раза в три дороже. Мне сразу вспомнилось, какие засранцы эти эдинбурские таксисты. И у меня уже в кармане было хоть шаром покати. Надо будет постараться и сдать-таки эти голимые экстази, что мне Злобная Сучка дала.

Клэр, Аманда и Стиффси уже торчали у Стиво, как один разодетые в пух и прах.

— Это что еще за парад мод? — нервно спрашиваю я, прикидывая, насколько жалок мой собственный прикид.

— Мы не едем в Суб Клаб, Роджер Санчез сегодня играет в Тоннеле, — заявляет мне Клэр.

— Ч-черт возьми, — возмущаюсь я.

— Да у тебя все будет путем, — подбадривает меня Стиво.

— Думаешь?

— Ну разумеется, — кивает Клэр.

Стиффси все таскается из прихожей в комнату, прохаживаясь по ней, как по подиуму. Сто лет прошло, а он все не уверен… эти туфли и брюки с таким верхом — пойдет?