– - Дорогой доктор Гур, распустите свою лабораторию, -- предложил декан тоном самым любезным.
– Отстранитесь от всех научных хлопот447". Забудьте о нуждах государства и прочих высоких материях, что они вам?! Живите, как все!.. И я немедля зачисляю вас в штат. Инженером -- в свою лабораторию. Но высшей ставке! Израиль -- маленькая страна. Каждому свое!..

Наум взглянул на расплывшееся в улыбке мучнистое лицо декана. Поднял голову -- глаза в глаза, декан перестал щуриться приязненно.
– - Я при-был в свободный мир, а не в 448"Освенцим, где на воротах было написано 449""К-каждому свое...450"" Вам хочется 451"з-заполучить голову доктора Гура в свой персональный холодильник? Для сугубо личных 452"це-элей?.. В России крепостное право отменено сто двадцать лет назад, вы слыхали об этом?

С того дня от Наума отцепились, ждали с возрастающим нетерпением, когда у него кончатся деньги из правительственного фонда. Уж тогда-то ему покажут...

– - Старик, -- сказал мне Наум, надевая свой серый армейский берет.
– Газеты придумали успокоительную байку про два Израиля. Первый, 453"де, настоящий. Пашет-сеет, изобретает. Второй -бюрократический, с которым, де, приезжий только и имеет дело... Ученый совет 454"Техногона по какой графе пустить? Первой, второй? Ох, старик, все сложнее. Опаснее для страны...

Когда мы вышли на улицу, Наум остановился у приоткрытой помойки -железного контейнера, на углу которого сидел большой рыжий кот с оторванным хвостом.

– - Видал?
– - весело произнес Наум, показав на помойку.
– - Новая мутация 455"иерусалимских котов. Рыжий, еврейский. Настолько сильный, что его нельзя затолкать в мешок. Мешок разрывает. Задница оборвана. К своей вонючей помойке не допускает. Не кот -- израильский агрессор!..
– - И захохотал-зашатался из стороны в сторону, хлопая ладонью по своему тощему телу. Затем сказал вдруг очень серьезно, прищурив глаз, словно целясь: -Вот что, старик, война Судного дня показала: перед нами не заблудшие овцы, не идиоты, а люди, перемен не желающие. Да что там не желающие! Страшатся они перемен, как чумы. Скольких ученых выживают сейчас, как меня... 456"Ого!
– - Он принялся перечислять фамилии.
– - А жене твоей, говорят, вообще 457""далет" повесили!..

Все-то он знает, Наум, -- 458""ушки на макушке459""... Когда Полина переходила работать в Иерусалим, ее, действительно, с самой высшей категории в Израиле -- 460"алеф и два плюса" низвели вдруг на самую низшую, ниже некуда -- 461""далет". Полина воскликнула разгневанно секретарше, сунувшей ей на ходу для подписи многостраничный, на иврите, обманный контракт: -- Мы не на 462"иерусалимском рынке. Как вам не стыдно!

В эту минуту в канцелярию вплыл огромный, рыхлый зав. университетской лабораторией, нанявший Полин463"у; узнав, в чем дело, он повернул голову к Полине, красной от стыда и гнева, и всплеснул руками: "-- Как ты догадалась прочесть?!"

– - 464"Ста-арик!
– - протянул Наум, поеживаясь от холодного ветра, который в Иерусалиме начинает прохватывать сразу же после захода солнца: -- Как видишь, общий закон выживания, социального 465"дарвиниз466"ма вступил в противоречие с идеей, ради которой основан Израиль. Мо467"гу ли я, пришелец, ощутить эту землю своей, если меня выталкивают с нее 468"все-э, у кого локти острее? Самые острые локти у посредственности! И этот закон -- посредственность выживает талант -- оказался сильнее закона еврейской солидарности, благодаря которому евреи выжили. Какова судьба Третьего Храма, в таком случае?

Потоптавшись на ветру, он свернул к общественному телефону, который недавно повесили на стене, под козырьком. Возле телефона толпилась очередь.

– - Звякнем матери! 469"-- сказал он, доставая из кошелька медные жетоны для разговора.
– - Как там наш русский Бетховен?
– - Он улыбнулся, снова заговорил о том, что мучило: -- Народ потеплел к нам, а 471"иерусалимские коты озверели. Залопотали, для отвода глаз, в своих уютных кабинетах: "Израиль -- маленькая страна472"!.." В это легко верят: правильно, маленькая... Старик, я буду их бить, пока не онемеет рука. Буду 473"би-ить, чем ни 474"попадя!.. До 475"кровянки! Начали бояться русских евреев? И правильно делают, что боятся, твари! Ничтожества!.. Мы не позволим оставить Израиль подобием восточной помойки.

Подошла наша очередь. Наум набрал номер, приложил трубку к уху и -побелел, стал переминаться с ноги на ногу. Ботинки захлюпали по луже, он не замечал этого.
– - Гриша!
– - воскликнул он, повесив трубку.
– - Летит первый самолет с пленными из Сирии. Первый и последний, Гриша. Мать с Гулей выходят...

Через три минуты мы неслись на предельной скорости в аэропорт 476"Лод.

4. ПЕРВОСВЯЩЕННИК ЖЕНИТСЯ НА "РАЗВОДКЕ"

Как же отличался этот день от теплого, с пробившимся солнцем, дня, когда прибыли пленные из Египта! Ни нервно-радостного ожидания, готового взорваться аплодисментами и песней, ни разговоров шепотом... Ныне пришли те, кто потерял надежду. Молчавшие, с серыми лицами старики, которых вели порой под руки. Девчонки в огромных, на поллица, черных очках, хотя день был мрачноватый, почти зимний.

Тоненькая девчушка в больших темных очках медленно подошла к 477"Дову, дышит ему в затылок. Он оглянулся, взъерошил ее гладкие, блестящие, как воронье крыло, волосы, сгреб подмышку. Замер...

Пришли все, чьи родные 478""пропали без вести"; а много, необычно много ребят "пропало без вести479"" в этой войне. Стояла, не шелохнувшись, мертвая толпа, она не проронилани слова, только чуть подалась вперед, когда начал приземляться самолет из Сирии. Стихли моторы. Без звука подъехал автотрап. Ни звука из толпы. Прошелестели лишь машины скорой помощи, продвигаясь ближе к самолетному трапу.