– О, Боже, – воскликнула Мэгги, – я отказываюсь верить.

Мэрфи приказал номеру пять вернуться на место, затем попросил всех покинуть сцену. Когда сцена опустела, он вопросительно взглянул на Мэгги.

– Итак?

– На последнем мужчине, на том, который находился посредине между двумя полами, были ботинки Тино. Я уверена в этом. И я знаю, кто это.

– Так кто это?

– Я хочу сказать – я, конечно, не знаю его настоящего имени, но он называл себя Дракула, носил огромный кок, до того как сбрил его. Тино снял его в прошлом году в клубе – или тот снял Тино. Он притворялся девицей. После того, как они пришли в квартиру Пумо, Дракула избил его почти до смерти и украл из квартиры множество вещей. В том числе и сапоги, что были на нем только что. Это были любимые сапоги Тино. Я думаю, они очень дорого стоят.

– Дракула, – задумчиво повторил Мэрфи.

– Но это не тот человек, которого я видела после убийства Тино.

– Нет, – подтвердил Мэрфи. – Я догадывался, что это не он. Джентльмены, вы можете идти. Я благодарю вас за сотрудничество и побеседую с каждым из вас отдельно в другой раз. Пожалуйста, позвоните мне, если вспомните что-нибудь достойное внимания. Мисс Ла, пожалуйста, пройдемте со мной наверх.

Мэгги поднялась чуть раньше троих друзей и пошла по центральному проходу к ожидавшему ее Мэрфи. Поймав взгляд Майкла, Мэгги подняла брови. Пул кивнул девушке и поднялся вслед за остальными.

Посадив друзей в такси и пообещав присоединиться к ним через полчаса в квартире Гарри, Майкл вернулся обратно на Десятую улицу, чтобы подождать около полицейского участка. Погода все еще была слишком холодной, чтобы быть приятной, но Майклу нравилось стоять на улице и вдыхать морозный воздух. Солнце отбрасывало на камни мостовой лучи, напоминавшие позолоту. Майкл чувствовал себя как бы зависшем между концом и началом чего-то нового. Стаси Тэлбот была тем единственным, последним, что могло все-таки привязать его к Уэстерхолму, – все остальное, что делало городок его домом, можно было унести с собой в чемодане.

Майкл успел убедиться, как легко было бы продолжать смотреть тепередачу, в которую превратилась в последнее время его жизнь. повседневная работа – вереница сопящих детей и их встревоженных мамаш. Джуди и ее волнения, натянутые отношения, утра, по привычке проводимые в обществе друг друга, симпатичный белый домик, прогулки к пруду с утками, “Кровавые Мэри” по воскресеньям и множество других мелочей, заставлявших уныло двигаться вперед сквозь череду дней. Дверь открылась со щелчком, напоминавшие треск сломанной кости, Майкл обернулся и выпрямился, увидев выходящую из участка Мэгги Ла. Красивые волосы девушки выглядели на солнце огромной иссиня-черной копной.

– Хорошо, что вы дождались, – сказала она. – Я не была уверена, что вы все еще здесь. Я не могла ничего сказать вам там.

– Я знаю.

– Мне действительно хотелось встретиться именно с вами. Конор замечательный, но он не очень уверен, как ему следует относиться ко мне. А Гарри Биверс такой ужасный... склочник.

– Неплохое определение Гарри Биверса.

– Они смогут немого обойтись без вас?

– Столько, сколько скажете.

– Тогда они рискуют никогда не получить вас назад, – заявила Мэгги, беря Майкла под руку. – Я хочу, чтобы вы помогли мне побывать в одном месте. Вы это сделаете?

– Я ваш, – Пул неожиданно почувствовал, что они с Мэгги – то, что осталось после Пумо, так же, как Уолтер и Томми Пумо. Они тоже были семьей, которую оставил Тино.

– Это не очень далеко. Небольшой местный ресторанчик. Тино и я ходили туда. Вернее, это он ходил туда. Это было его место, а я лишь делила его с ним. И мне не хочется каждый раз чувствовать, что я вот-вот упаду прямо на тротуар, когда я прохожу мимо. Понимаете?

– Я польщен вашим доверием, – сказал Майкл. Мэгги по-прежнему держала его под руку и старалась идти в ногу. – Существует ли еще какое-нибудь место, куда я мог бы повести вас после этого?

Мэгги взглянула на него снизу вверх.

– Возможно, – сказала она.

Майкл дал девушке время собраться с мыслями и сказать то, что она хотела сказать.

– Я хочу узнать вас поближе, – произнесла наконец девушка.

– Я рад этому.

– Вы всегда нравились мне больше всех – больше всех людей, с которыми Тино был там.

– И это очень приятно слышать.

– Он всегда бывал доволен, когда вы заходили в “Сайгон”. Тино ведь был не очень уверен в себе. И ему необходимо было знать, что когда вы приезжаете в город, его ресторан – одно из тех мест, куда вы планируете зайти. Это доказывало, что вы не забыли его.

– Я действительно не забыл его, Мэгги, – сказал Майкл, и девушка плотнее сжала его руку.

Они шли вниз по Шестой авеню, и солнечный свет казался здесь теплее, чем на предыдущей улице. Вокруг текла обычная цветистая уличная жизнь – студенты, домохозяйки, бизнесмены, несколько парнишек с накрашенными губами. На углу стоял сгорбленный человек в лохмотьях, ноги которого почернели и распухли и напоминали футбольные мячи. Рядом с ним мужчина примерно одного с Майклом возраста держал перед собой бумажный стаканчик с мелочью. На подбородке его был огромный шрам, в глазах – горячечный, почти сумасшедший блеск. Вьетнам. Майкл бросил в стаканчик несколько монет.