Куртку он повесил в прихожей, чтобы не дованивала в комнате. Ритуально остановился в дверях и осмотрел убогий свой уют. Первые полгода осмотр доставлял удовольствие бывшему долголетнему обитателю общежитий, теперь - нагонял тоску.

Снял сбрую с пистолетом, швырнул весь комплект на диван, он же кровать. Диван-кровать. Уселся в кресло, отдыхая перед тем, как заварить себе крепкого чая. Собственно, что он делал? На машине катался, да посиживал в ней - ожидая. А устал, как собака. Стал незаметно уходить в дрему, но резкий дверной звонок не позволил сделать это. Он неловко, плохо ориентируясь в дремотном тумане, выкарабкался из кресла, на всякий случай спрятал пистолет в преддиванную тумбочку и пошел открывать.

Перед дверью, опершись о палку и глядя куда-то вверх, стоял деформированный скверной оптикой глазка полковник милиции в отставке Смирнов Александр Иванович. Сырцов открыл дверь.

2

Здравствуй, Сырцов!
– жизнерадостно поприветствовал его полковник в отставке.

– Здравствуйте, Александр Иванович. Если помните, меня Георгием зовут.

– Здравствуй, Георгий!
– охотно поправил себя Смирнов.
– Не помешал?

– Чему?

– Может, у тебя дама.

– Нету у меня дамы. Баба иногда забегает, а дамы - нет.

– Словоблудишь, - понял Смирнов.
– Подходящее занятие для бывшего оперативника.

– Чаю хотите?
– не реагируя на выпад, предложил Сырцов.

– Хочу.

Он, готовя чай, мотался по квартире - разжигал газ, полоскал заварной чайник, расставлял чашки, выбрасывал на журнальный столик многочисленные яства, в виде сахара и печенья, а недвижимый в кресле Смирнов, упершись подбородком в рукоять палки и только поводя глазами, осматривал апартаменты бывшего милиционера. Когда Сырцов разлил крепкий чай по чашкам и окончательно уселся на диван-кровать, Смирнов спросил:

– Ты, вроде, и не рад мне, Георгий?

– Просто ошалел от неожиданности. Обождите самую малость, сей момент приду в себя и сразу же хвостом завиляю, и в щеку лизну.

– Понятно. Себя не любишь, меня не любишь, никого не любишь, догадался Смирнов и завершил безынтонационно: - Ай, ай, ай.

– Как у моря живется, Александр Иванович?

– Как и у реки, как и у ручейка, как и у лужи. Великолепно.

– Тогда по какой причине в Москве опять?

– Хочешь знать, зачем я к тебе пришел? Ты ведь мне однажды жизнь спас, Георгий...

– Хотите сказать, что нанесли мне визит вежливой благодарности? перебивая поинтересовался Сырцов.

– Это лишь всего присказка была, а ты перебил. Давай чай допьем, а потом поговорим, - предложил Смирнов.

Они истово, по-московски, гоняли чаи. Допили, повеселели. Сырцов, убирая посуду со столика, мимоходом глянул в окно. В свете предподъездного фонаря рядом со своей семеркой увидел знакомую "Ниву".

– Спиридоновская, Александр Иванович?

– Она. А "семерка" твоя?

– Прокатная. Опять какую-нибудь кашу завариваете?

– Заваривают всегда другие. Мы ее расхлебываем.

Сырцов отнес посуду на кухню, протер столик, вновь уселся на диван и, рассмотрев наконец сильно сдавшего за год Смирнова, спросил:

– Теперь прилично спросить у вас, зачем вы ко мне пришли?

– Вполне. Отвечаю: повидаться.

– С целью?
– додавливал Сырцов.

– Узнать в какой ты форме.

– Имеется нужда в профессионале?

– Пока нет, - успокоил его Смирнов.
– Ты почему из МУРа ушел?

– Я не ушел. Меня вышибли.

– Что - с шумом, с треском, с приказами по МВД?
– удивился Смирнов.

– Да нет. Тихо давили. И додавили. Пришлось хлопнуть дверью. Вы ведь наверняка знаете, как это делается. Сами начальником были.

– Леонид Махов?
– догадался Смирнов.

– И он тоже. А ведь вроде по корешам были.

– Причина?

– Вы, - легко назвал причину Сырцов.
– И вся та прошлогодняя история. По вашей подаче я полез дальше, чем надо было.

– Кому надо было?

– А вы не знаете?

– Ну, а сейчас, после августа, не пытался возвратиться?

– Не имею желания. Мне и так хорошо.

– Телок пасти?
– полюбопытствовал Смирнов.

– Коров, - поправил Сырцов и спросил напрямик: - Вы что - вели меня сегодня?

– Весь день.

– Ишь ты!
– восхитился Сырцов.
– А я и не трехнулся. Вот что значит школа!

– В частном агентстве каком-нибудь служишь или так - вольный стрелок?

– Без вывески. По рекомендациям.