— Я по-прежнему ищу Стегмана.

Полицейский бросил карты на стол и встал.

— Мне кажется, что тут только что произошло нападение.

— Вилли напишет жалобу, Бен, — сказал краснолицый. — Не беспокойся.

Высокий мужчина с суровым лицом в белой рубашке без галстука заметил:

— Похоже, этот воробушек добровольно в кутузку не пойдет, а Бен?

— Наверное, тебе следует помочь мне, Сал, — ответил Бен.

— Хватит ломать комедию, — покачал головой Паркер. — У меня сообщение для Стегмана.

— Какое сообщение? — спросил краснолицый.

— Ты Стегман?

— Я передам ему при встрече.

— Да. Все правильно, ты Стегман. Я пришел сказать тебе, что Сидни бежал.

— Что? — Стегман выпрямился на стуле.

— Что слышал. Смылся с тысячей. Он не был у девчонки.

— Ты с ума сошел. Сидни никогда не посмеет... — Он замолчал, обвел взглядом остальных игроков и встал. — Я выхожу из игры. Пошли, поговорим на улице.

— Но он же совершил нападение, — сказал полицейский Бен.

— К черту! — Стегман сердито махнул рукой. — Продолжайте играть.

— А если Вилли подаст жалобу?

— Не подаст. Ты же не подашь жалобу, Вилли?

Вилли выпрямился и покачал головой.

— Нет. Единственное, что я хочу, это сквитаться.

— Как-нибудь в другой раз, Вилли, — покачал головой Стегман. — Пошли.

Паркер вышел вслед за ним в первую комнату. Стегман зашел за стойку и взял со стены ключи.

— Я еду на «крайслере», Вилли. На пляж! — крикнул он своим дружкам. Вернусь минут через двадцать.

— О'кей, двадцать минут. — Вилли подошел к двери и посмотрел на Паркера, — Моя смена заканчивается в шесть.

Паркер повернулся к нему спиной и вышел из конторы вслед за Стегманом.

Стегман указал на черный девятиместный лимузин.

— Поедем на этом. В конторе не поговорить, слишком много людей. Ребята ничего об этом не знают.

Они сели в «крайслер». Стегман объехал здание и выехал на улицу. В заднее окно Паркер увидел хмурого Бена, стоявшего в дверях.

Стегман подъехал к углу Рокэвей-Парквей и повернул налево.

— Можешь начинать рассказывать, — сказал он.

Паркер показал на передатчик под приборным щитком.

— Если ты не вернешься через двадцать минут, диспетчер вызовет тебя, верно?

— И если я не отвечу, он свяжется с остальными машинами. Откуда ты узнал о Сидни?

— Я был с девчонкой. С Линн Паркер.

Стегман бросил на него быстрый взгляд, потом посмотрел на дорогу.

— Ты много знаешь Как получилось, что я тебя не знаю?

— Я только что приехал. Следи за дорогой. Здесь много детей.

— Я знаю, как водить машину.

— Может, лучше помолчим до пляжа?

Стегман пожал плечами.

Они проехали по Рокэвей-Парквей девять кварталов, миновали тоннель под Белт-Парквей и, сделав круг, выехали к широкому, мощенному камнем причалу, уходящему в Ямайский залив. У дальнего конца стояли два здания, а остальное пространство занимала автостоянка с несколькими маленькими чахлыми деревцами, окруженная бетонной дорожкой с перилами и скамьями.

Стегман затормозил почти на пустой стоянке и сказал:

— Залив загрязнен, купаться нельзя. Сюда только по вечерам приходят побаловаться мальчишки с девчонками. — Он повернулся к Паркеру. — Ну, и что случилось с Сидни? Он никогда не посмеет смыться с бабками.

— Он и не смывался. — Паркер достал из кармана конверт с деньгами и бросил его сверху приборного щитка. — Я забрал их у него.

Рука Стегмана потянулась к передатчику.

— В чем дело, черт побери? Что все это значит?

— Только дотронься до этой кнопки, и я сломаю тебе руку.

Рука Стегмана замерла.

— Я ищу Мэла Ресника, — кивнул Паркер. — Ты расскажешь мне, где он.

— Нет. Даже если бы я это знал.

— Расскажешь. Я должен передать ему, что он может ей больше не платить.

— Почему?

— Потому что она умерла. Так же, как твой толстый педик. Ты тоже можешь умереть, если захочешь.

Стегман облизнул губы, потом повернул голову и кивнул в сторону маленьких домиков, стоящих у конца причала.

— Там есть люди, — сообщил он. — Мне стоит только закричать.