– Это вы и есть, мистер Сесмик?
– напористо спросил седовласый.

– Да, это я, - ответил Лен, не понимая, почему незнакомец так явно нажимает на слово "мистер".

– Мы просили разрешения на посадку и хотели бы знать, почему в нашей просьбе отказано, - холодно и вызывающе продолжал тот.

– Потому... видите ли...
– Лен не в силах был оторвать взгляд от высокой девушки. Она тоже глядела на него пристально, но сурово и недружелюбно.
– Это распоряжение Совета Галактики, ни одна цивилизованная планета не вправе разрешить "Теллусу" сесть...

На лице капитана "Теллуса" выразилось презрение.

– При чем тут Совет Галактики? Лен выслушал еще какие-то резкие слова, потом прервал эту тираду:

– Вам будет разрешено находиться на орбите, пока вы не закончите необходимый ремонт. Провизию и топливо, сколько требуется, вам доставят.

Тут вперед порывисто вышла девушка.

– Мистер Сесмик, - сказала она, - я взываю к вам, как человек к человеку. Мы в отчаянном положении. Нам просто необходимо опуститься на планету. У нас на борту двадцать человек больны космической депрессией.

Лен нахмурился. Он знал: если жертвы этого заболевания не проведут несколько дней на твердой почве какой-нибудь планеты, они сойдут с ума и до конца своих дней останутся буйно помешанными.

Непонятно, чем вызвано распоряжение совета, но оно слишком сурово. Разве могут повредить целой планете каких-нибудь несколько сот людей?

Он обернулся к Норуичу.

– Составьте сообщение для передачи на базу Тулсы. Сообщите, что на "Теллусе-2" есть случаи космической депрессии, и что исполняющий обязанности директора Сесмик рекомендует снять карантин и разрешить посадку.

Через четыре часа пришел ответ:

"По вашей рекомендации разрешаем "Теллусу" посадку. Посадка может быть произведена только на острове Карсон в Тайронском море. Необходимые припасы и наземный персонал доставить на остров. Корабль может пробыть на острове не больше недели. Никому, кроме жертв космической депрессии, покидать корабль не разрешается. Больных держать под наблюдением врачей и сразу же по выздоровлении отправить обратно на "Теллус". В 13.00 вернется Таунли и сменит вас, а вы немедленно возглавите операцию на острове. Это - на вашей совести".

Радиограмму подписал Дэвидсон, глава совета.

В назначенный час Лен Сесмик и два его помощника в легких костюмах поднялись по трапу "Теллуса-2".

Капитан корабля Боулак шагнул им навстречу и стал навытяжку. Одет он был еще пышнее прежнего, и, как и надеялся Лен, рядом с ним стояла темноволосая девушка.

– Добро пожаловать, сэр. Прекрасно, что вы решили посетить нас.
– Капитан зачем-то приложил руку к фуражке. Лен, не поняв, что означает этот жест, как раз протянул руку, чтобы обменяться рукопожатием, и на миг наступило замешательство.

Капитан опомнился первым и, повернувшись к девушке, представил ее:

– Моя дочь, лейтенант Кэтрин Боулак. Девушка тоже почему-то поднесла руку к голове, а капитан тем временем обернулся к другим встречающим и сказал с гордостью:

– А это наш вождь, барон Курт Шустер. Барон держался еще прямее капитана, и волосы его были острижены еще короче. Он щелкнул каблуками и, не замечая протянутой руки Лена, деревянно поклонился,

– Вы очень любезны, капитан Боулак, что пригласили нас на корабль, несмотря на прием, который мы вам оказали, - сказал Норуич, когда их ввели на корабль.

Глаза девушки сверкнули.

– Нас не впервые так встречают, - сказала она.
– Проклятие Совета Галактики всюду нас преследует. Капитан кивнул в знак согласия.

– За последние двести лет этот корабль садился на планеты всего шесть раз.

– Конечно, мы должны исполнять распоряжения совета... но на этот раз я их не понимаю, - сказал Лен.

– Мы идеалисты, сэр, - произнес барон.
– А в этой Галактике идеалистам больше нет места.

– Мы подготовили небольшую церемонию в вашу честь, мистер Сесмик, - сказал капитан.
– Может быть, когда вы посмотрите, вам все станет яснее.

– Но прежде надо предложить господам прохладительного, - вмешалась Кэтрин.

– Ну, разумеется, - сказал барон.
– Гости у нас такая редкость. Не угодно ли пройти в мои апартаменты, господа?'

Апартаменты барона были необычайно просторны и роскошны даже для такого огромного корабля, как "Теллус". Со стаканом отличного виски Лен расположился в глубоком кресле в гостиной и прислушивался к беседе барона и капитана с Джонсоном и Норуичем.

– У нас всегда хватает средств на наши нужды. Любой корабль, странствующий между разными солнечными системами, может иметь на борту достаточно товаров, чтобы извлекать из них выгоду. Торговать-то нам разрешают, - с горечью говорил капитан.
– Наши товары они не считают разносчиками заразы.