— Тогда, пожалуй, хочу. — Между ними затеплилось понимание: она начинала сознавать, сколь беззащитна ее женственность по сравнению с его непреклонной мужественностью.

Позади нее Габриэль, прежде чем вновь раствориться во мраке, подал знак официанту. В тот же миг человек в форме — черном сюртуке с фалдами и красном жилете — возник у их столика. Он высоко держал поднос с двумя бокалами и бутылкой в серебряном ведерке.

— Здесь очень хорошее обслуживание, — скованно проговорила Энн.

Майкл задумался: сознавала ли она, что в этом заведении официант не только подавал напитки, но и годился для совершенно иных услуг? И еще, прикидывал он, останется ли эта женщина такой же скованной под простынями? И как долго будет оставаться загадкой, прежде чем страсть заставит ее раскрыться в постели.

— Дом Габриэля славится обслуживанием, — согласился он.

Официант намеревался разлить шампанское, но Майкл, отпуская его, нетерпеливо махнул рукой и взял за ножку бокал, нарочно держа на виду изуродованные кисти: пусть видит. Если не перенесет вида его рук — белых мясистых шрамов, которые бежали от кончиков пальцев к запястьям, — то не сможет наслаждаться их прикосновениями.

Взгляд женщины скользнул к ослепительно белым обшлагам под черными рукавами фрака. Вот-вот она с отвращением отвернется.

— Вы обгорели.

Пальцы Майкла стиснули бутылку, впитывая холод рожденного огнем из песка стекла. Вспомнились собственные отчаянные крики и восклицания женщины, которую он приводил в экстаз.

— Да, обгорел. — Его ответ прозвучал абсолютно бесстрастно. Майкл даже удивился, что руки не дрожали, когда он разливал шампанское.

Ощущая в груди стеснение, Майкл ждал… Когда произойдет чудо и эта женщина возьмет его так же, как он ее, — без устали, беззаветно. Чувственная дрожь пробежала по его спине. Майкл чуть не уронил бокал, когда его обезображенные пальцы прикоснулись к ее руке в перчатке. Пять лет женщины не дотрагивались до его рук. Пять лет шлюхи сами управлялись с его членом, только бы не испытывать прикосновения обгоревших пальцев.

А Энн, похоже, осталась безучастной к тому, что увидела. Склонив голову набок, она потягивала шампанское, потом решительно поставила бокал на белую скатерть.

— Почему вы называете себя Мишелем д'Анжем?

Вопрос застал его врасплох. Он так давно именовался Мишелем!

Почему она его не отвергает? Глаза Майкла спрятались за черными густыми ресницами — прием, который он отточил под руководством мадам.

— Voir les Anges, — загадочно проговорил он, сам не зная, как далеко готов зайти,

Некоторым женщинам нравятся откровенные сексуальные разговоры, другие предпочитают чувственные эвфемизмы.

Он пока не понимал эту старую деву.

— Видеть ангелов, — старательно перевела она, словно не упражнялась во французском после окончания школы.

— Узреть ангелов, — мягко поправил Майкл, наблюдая за ее реакцией. — Французское выражение, означающее: испытать оргазм.

Энн ожидала иного ответа.

— Вы так называете себя из-за своей способности ощущать оргазм?

Заставляя ее ждать, Майкл не спеша наполнил свой бокал шампанским. А потом воткнул бутылку в лед так, словно это был его член, а ведерко — женская промежность, и перехватил ее взгляд.

— Я зовусь так, потому что довожу до оргазма женщин.

За потрясением последовало озарение. Вот каковы ее чувственные запросы! И какова его способность их удовлетворить. Секс — игра возбуждающая, Очень опасная игра! Ею может увлечься даже недалекая старая дева, если найдет в себе силы.

Энн покрутила в пальцах бокал.

— Вы были со многими женщинами. — Это прозвучало скорее как утверждение, а не вопрос.

— Да.

Сначала во Франции, а потом и в Англии.

— И каждую доводили до оргазма?

— Каждую. — Его пальцы ласкали бокал, словно это была грудь любовницы. — Всегда.

Пузырящийся напиток попал на ее перчатку, и на сером шелке расплылось темнеющее пятно.

— Я девственница.

Боже! Этого Майкл никак не предполагал. Типичная старая дева, но кто-то же был в ее жизни. Приятель детства, мальчишка, постигающий тайны женственности, лакей, конюх. Ну хоть кто-нибудь!

У него никогда еще не было девственницы.

— Почему? — выдохнул Майкл (Майкл, а не Мишель, который ни разу не спал один). Почему женщины расстаются с девственностью с мужчинами, похожими на него?

Голова Энн откинулась назад. Призрак сексуальной напряженности растаял в воздухе.

— Прошу прощения?

Прищурив глаза, Майкл наклонился к ней.

— За десять тысяч фунтов на вас женится любой присутствующий здесь холостяк. Вон, за три столика от нас сидит спикер палаты общин. А прямо напротив — барон Стайпс-бург. Зачем я вам нужен?