Шрифт:
— А к двери урод, значит, может выбраться?
— Может. И если тот, кто вошел, не вершитель, то урод прикончит его сразу же. Проверено, — вздохнул Шото.
Заморыш взглянул еще раз на резную дверь, на неровную площадку и увидел, что за канавой в углу у стены лежит какой-то небольшой нож с темным камнем в светлой деревянной ручке. Нож этот выглядел точь в точь как тот, который ему пытался подарить вершитель.
— Шото, а что там такое? — он указал в угол, и мальчик ответил нехотя:
— Это Лэри бросил его туда. Я, конечно, не уверен, но это похоже на знак посвящения.
— Да брось ты! — присвистнул заморыш.
— Камень, вправленный в дерево — зто знак посвящения младшего вершителя. Разве вы не знаете? — удивился мальчик. — Впрочем, конечно, откуда вам это знать… Если его возьмет в руки наследник вершителя, силы, хранящиеся в камне, перейдут посвященному. А если его возьмет кто-то другой, ничего не произойдет…
— Проклятье! Зачем же он тогда совал его мне? — изумился заморыш.
— Лэри совал его вам?! И что?
— Совершенно ничего, — пожал плечами заморыш. — Ты мне не веришь?
— Верю. Вы не наследник, иначе вы бы здесь не сидели, — покачал головой юный хаварр. — Вы не из рода вершителей.
В последнем зеркалица не сомневался.
— Теперь вы окончите свою жизнь здесь, — уверенно добавил парнишка.
— Вершитель что-то перепутал, принял вас за своего брата и хотел посвятить…
— А откуда ты знаешь такие вещи о вершителе, мой юный друг? растерялся заморыш.
— Я много чего знаю, — отрезал хаварр.
— Но ты же еще сопляк, — вырвалось у зеркалицы. — Прости за прямоту…
— Я-то сопляк, — парнишка, казалось, не обиделся. — Но мой отец лучший боец внешней защиты во всем мироздании!..
— Неужели? — усмехнулся заморыш.
— Именно. И традиции рода вершителей он рассказал мне от и до, мальчик снова взглянул на труп брата, плавающий в зловонной луже, и вдруг сжался. — Но даже отец не сможет меня вытащить. Никогда…
— Почему же? — заморыш снова ободряюще потрепал парнишку по спине. Если он у тебя такой крутой защитник, он придет за тобой!
— Нет, не придет… Он сам в большой опасности, — в отчаянии пробормотал Шото и вздохнул. — Когда он узнает правду, будет поздно…
Глава 5. Туман Пограничья
Справа и слева холмы, поросшие густой изумрудной травой, полого спускались к тропе, но впереди склоны становились постепенно все круче и круче. И вдали виднелись уже не изумрудные холмы, а скалистые обрывы, изрезанные узкими разломами естественных пещер. Невзрачная тропка постепенно расширялась и вклинивалась в широкую долину, окруженную холмами и скалами.
Игорь стоял, поеживаясь под резкими порывами ветра, и не мог оторваться от сказочно прекрасного зрелища. Сейчас, на закате, долину уже наполнил молочно-белый туман, казалось, что скалы мерно покачиваются в нем. А далеко впереди, там, где скалы расступались вширь, стоял замок. Игорь не мог разглядеть издалека все архитектурные особенности, присущие этому великолепному строению, но и без мелких подробностей здесь было на что смотреть, не отрываясь.
Мощная замковая стена, окружающая замок была, по-видимому, не меньше пятнадцати метров высотой. А позади нее возвышались еще несколько внутренних башен разной высоты и формы. Не было никаких шпилей и прочих устремленных ввысь архитектурных элементов, но строения не казались тяжеловесными, приземленными. Игорь даже отсюда, издалека, ощущал их тысячелетнюю мощь и силу. В сумерках силуэты замковых сооружений казались величавыми, и непонятно было, из ветхого прошлого или из недосягаемого еще будущего возникло в прекрасной долине это великолепие.
Высокая мускулистая дама в тюрбане, в обществе которой Игорь провел двое суток пути, молча стояла рядом и в некотором нетерпении переминалась с ноги на ногу.
Наконец, она ткнула Игоря пальцем в бок и, поведя рукой, буркнула:
— До-ли-йна Вь-еть-рр!
— Я так и понял, — кивнул Игорь. То, что это именно Долина Ветров, и ничто иное, было ясно, как белый день. Ветра здесь бушевали знатные. Игорь поострегся бы подходить к обрыву скалы, запросто могло сдуть вниз, даже если на тебе не было широкой накидки-паруса.
Он опять устремил восхищенный взгляд на массивные стены, внушающие искреннее почтение и трепет.
Амазонка снова постучала Игоря по спине и, так как парень никак не мог оторваться от будоражащего его воображение зрелища, цапнула его своими ручищами за плечи и развернула налево градусов так на девяносто.
— Адь Зь-йер-каль! — прогромыхала девица, перекрикивая завывания ветра. — Тебе — ту-да!
— Я понял, понял, спасибо… — на всякий случай Игорь вежливо поклонился.
Двух дней путешествия среди часто меняющихся картин, лесов, холмов, быстрых мелких речушек так и не хватило для того, чтобы новые знакомые стали друзьями. Мрачная амазонка оказалась неразговорчивой: она лишь изредка подавала малопонятные односложные реплики, предупреждая человека об опасности.