— Ты слышал об эвакуации? Знаешь, что мы не оказываем сопротивления Разрушителям?

— Да — шепнула Джесси.

— Да, — ответил Брон.

— Значит, ты знаешь, что мы имеем приказ стрелять в каждого, кто находится в этой зоне. Ты можешь предоставить нам доказательство из-за которого у нас не будет повода делать это?

Полицейские прицелились.

— Брон, — шепот Джесси стал еле слышен. — Мы проверили его служебное положение. Он занимает большой пост. Имеет неограниченные права для принятия решений… Но тут что-то не то, иначе он бы не болтал с тобой так долго. Позволь действовать гипноличности!

— Я Андер Галтерн. Я должен попасть в Семинарию Святой Реликвии и очень опаздываю, офицер.

Брон ощутил шок, слушая самого себя, выговаривающего слова странным тоном. Удивленный и заинтригованный, он позволил своему разуму и языку играть роль, о которой ничего не знал.

— Как я могу туда попасть и пройти через вашу заставу?

— Галтерн?

Полицейский растерялся. И выключил мегафон. Было ясно, что имя Галтерна имеет определенную известность.

— Ты можешь удостоверить свою личность? — наконец, подал голос офицер.

— А разве это нужно Галтерну из Ашура?

Голос Брона, измененный гипноличностью, имел необычную твердость.

— Может быть у тебя есть какие-нибудь документы?

— Ни одного.

Злость медленно закипала в нем. Подробность, которую надо запомнить — Андер не принадлежал к терпеливым.

— Что должен делать Галтерн с какой-то бумажкой, — сквозь зубы произнес его голос.

— Но все остальные…

— Если вы не верите моим словам, то подойдите и убедитесь сами. Это все, что у меня есть.

С этими словами Брон сорвал с себя плащ и бросил его на землю. Белье пошло следом за плащом и он оказался перед полицейскими обнаженным.

Тихим голосом, стараясь чтобы звук не попал в мегафон, Брон сказал:

— Боже, Джесси! Это очень неприятно, когда человек не знает, что сделает через секунду!

— Теперь ты понял, что это действует гипноличность. Она включается при непосредственном действии ситуации или вопросов.

— Я клянусь тебе, что такое не может длиться слишком долго, если каждый раз мне придется разбираться, как называться в данный момент!

— Нельзя предвидеть, что может предпринять твое тело в каждый следующий момент, — раздраженным тоном ответила девушка. — Учти, что Андер Галтерн является жутко независимой личностью. Но это-то и странно. Меня очень беспокоит то, с какой легкостью тебе удается отходить от своей псевдоличности. Похоже, что эта гипноличность наложена на тебя недостаточно глубоко. Мне необходимо сообщить срочно об этом Доку.

Офицер приблизился. У него был в руке пистолет. Он остановился перед Броном и носком сапога отбросил плащ. Увидев Библию, он наклонился и поднял ее. Потом протянул книгу Брону.

— Извините, сэр, но поймите нас: мы должны быть очень осторожны. Сейчас тяжелые времена.

Его лицо побледнело. Глаза беспокойно бегали в сторону корабля Разрушителей.

— Вы можете обеспечить меня транспортом до Семинарии, офицер? — сухо спросил Брон.

— Конечно, сэр. Сейчас этим займутся!

Он быстро повернулся к шлагбауму, а Брон начал одеваться, доставляя Джесси новое развлечение.

— Только теперь я поняла, — радостно провозгласила она, — что эта книга — Библия — чего-то стоит. Кстати, почему ты разделся догола?

— Отстань! — его губы еле дрогнули. Он глубоко вздохнул. Джесси ответила еле слышным смехом.

— Ты слышала? — удивился Брон.

— Я бы и так догадалась. Ты можешь не говорить. Мы принимаем твой голос прямо из голосовых связок. Ты должен иметь с нами связь, даже находясь среди толпы людей, так чтобы никто не догадался.

— Ты на все имеешь ответ, не так ли?

— Не больше, чем ты можешь спросить. А поскольку ты не помнишь ничего, это позволяет мне управлять тобой, как марионеткой.

Машина, которую предоставили в его распоряжение, оказалась, очень функциональной и чрезвычайно шумной. Спрятавшись от глаз пилота и пользуясь свистом дюз, Брон спросил:

— Джесси, ты слышишь меня?

Он четко выговаривал каждое слово.

— Почему эта книга убедила его, что я Галтерн?

— Думаю, что это старое земное издание. Очень редкое на планетах. Только такие интеллектуалы, как Галтерн, могут ее иметь.

— Странный тип этот Галтерн.

— Не знаю… Но он великий мастер синкретики. Самый знаменитый из живущих.