Со второй дверью сражался Монах, но для того, чтобы одолеть эту листовую сталь, нужна была специальная аппаратура или заряд взрывчатки.

– Мы в западне! И они утащили девушку!
– взвыл Монах.

Все пятеро с заметной тревогой смотрели на Дока.

Док был невозмутим. Выбрав удобную койку, он растянулся на ней.

Хэм вложил обратно в трость свою шпагу. Внимательно посмотрев на Дока, он улыбнулся и поправил свой и без того безукоризненный костюм.

– Ты ожидал чего-то в этом роде, - обвинил он Дока.

– Не "чего-то в этом роде", а именно этого!

– Но мы же, черт побери, сейчас в еще худшем...

– Не горячись, - успокоил Док.
– Мы будем играть в ту же игру, что и они. Между прочим, они совсем не такие уж хитроумные, как им кажется.

– Ты думаешь, что они не смогут сдвинуть "Ныряющую" с места?

– Ну, отчего же? Сдвинут, если на борту найдется кто-нибудь, разбирающийся в корабельном оборудовании.

– Нет у них такого человека! Если бы был, то понял, что с проводами!

– Необязательно. Дело в том, что этот механизм не совсем обычный. Даже электромеханику, прослужившему много лет на военных подводных лодках, пришлось бы хорошенько повозиться с ним, прежде чем догадаться, что к чему.

Вскоре предсказание Дока подтвердилось. Лодка сдвинулась с места. Значит, в команде Мохаллета все же были моряки, достаточно знакомые с приборами управления подводных лодок.

Впереди лязгнул палубный люк. Это означало, что люди, которые были в носовом отсеке, выбрались оттуда на палубу и перешли ко всем остальным в кормовую часть лодки, где находились рубка и машинное отделение.

Два часа подряд "Ныряющая" только то и делала, что меняла скорость хода. Несколько раз, судя по крену, она выполняла повороты.

– Зачем они все это делают?
– недоумевал Монах.

– Чтобы познакомиться с приборами управления и особенностями хода именно этого судна, - объяснил Док.

Беспорядочное маневрирование продолжалось еще немного, затем "Ныряющая" сделала три погружения. Первое было слишком резким, нос лодки пошел круто вниз. Второе получилось лучше, а третье - совсем хорошо.

– Они учли ошибки, - признал Хэм.

– Как по мне, уж лучше бы они продолжали свои прежние забавы, страдальчески морщась, сказал Монах.

Желание его исполнилось. Лодка выпрямилась и довольно резко двинулась вперед. Через некоторое время она повернула и стала медленно погружаться.

– Раньше они шли вдоль побережья, а теперь повернули и идут прямо к берегу, - поделился Док своими наблюдениями.

Это произвело большое впечатление на друзей, так как сами они не имели ни малейшего представления о том, как и куда шла лодка. Только обладая способностью Дока сосредоточиваться и его остротой чувств, можно было уследить за курсом лодки, несмотря на ее беспорядочные виляния и рывки.

Док приложил ухо к корпусу. Долго он ничего не слышал, кроме шума двигателей.

Сильный удар заставил лодку содрогнуться. Она легла на грунт. Двигатели сразу остановились - это команда Мохаллета проверяла, не получила ли лодка повреждений.

Они не знали, что с ее запасом прочности лодка могла бы выдержать и гораздо более сильный удар.

– Ну-ка послушайте, - предложил Док.

Прижав уши к стальным листам корпуса, покрытым капельками влаги, друзья сразу же уловили обилие странных звуков: что-то булькало, хлюпало, шипело и невнятно хныкало. Слабый, будто созданный собственным воображением, этот шум без конца повторялся.

Монах пытался найти подходящее сравнение. Нашел " наконец: - Как плач какого-то чудовища.

– Краин Рок, - напомнил Док, - "Плачущая скала".

В следующее мгновение моторы заработали снова. Лодка начала дюйм за дюймом продвигаться вперед. Ролики, укрепленные вдоль ее киля, бортов и палубы, скребли время от времени по каменистому дну.

Ренни тихо спросил: - Так что же там плакало, как грешники в аду?

Никто ему не ответил. Док, как обычно, сидел спокойно с отсутствующим видом.
– Остальные нервно метались из угла в угол тесного отсека. То один, то другой прижимался ухом к корпусу. Но сейчас не было слышно ничего, кроме стона двигателей.

Дизели, которыми пользовались при надводном плавании, сейчас остановили. Глухое гудение работающих электромоторов сливалось с более резким звуком редуктора, шумом стремительно убегающей воды и чавканьем насосов гидропривода рулей.

– Черт подери!
– Джонни сорвал с себя очки и стряхнул влагу со стекол.
– Хотел бы я знать, куда мы идем.

Прошло пять, десять, пятнадцать минут. Напряжение все возрастало. Моторы едва работали. Вряд ли "Ныряющая" делала более трех миль в час.