Ее руки покоились на плечах Ника, в то время как его скользнули вверх по ее спине.

– Это возможно.

Он склонился к ней, приблизив лицо. Мэгги взглянула на» него снизу вверх – твердый колючий подбородок, высокие скулы, крупный рот и гордый нос, – затем перевела взгляд на широкий лоб, отливающие чистым изумрудом глаза, смотревшие на нее из-под тяжелых век. Она встретилась с ним взглядом и прочла в нем страсть. Нет, перед ней не возбужденный мужчина-хищник, перед ней – ее Ник. Сердце Мэгги забилось быстрее, руки потянулись к его шее.

– Я люблю тебя, Ник.

– Я знаю. – Губы его, едва касавшиеся ее губ, слегка отстранились. – Я тоже люблю тебя.

– Я хочу, чтобы у нас был роман.

– Поверь мне, я хочу этого еще больше. – Его глаза светились нежной грустью.

– Поцелуй меня.

– Магдалена… – Если он и пытался возразить, она помешала ему, прильнув к его губам. Просто приподнялась на цыпочки и прижалась к нему, радостно отметив, что губы Ника теплые и плотные. Очень теплые и очень плотные. Просто созданные для поцелуя. Губы ее раскрылись, и Мэгги коснулась его губ кончиком языка. Он крепче сжал ее в объятиях, страстно и требовательно перехватывая инициативу. Прижав ее к себе, одной рукой он нежно поглаживал ее затылок, другой, приподняв за подбородок, притянул к себе ее голову. Мэгги жадно откликнулась на теплую негу его губ, готовясь принять его язык и в то же время плотнее обвивая руками шею Ника.

Он осторожно исследовал языком сначала ее губы, небо, внутреннюю сторону зубов, потом ненадолго остановился. И вдруг с новой силой и страстью провел кончиком языка по волнующей шероховатой поверхности, как бы приглашая ее включиться в игру. Она охотно приняла условия, и, скользнув языком в глубь его рта, задрожала от страсти. Глаза ее оставались открытыми.

Словно почувствовав тяжесть ее взгляда, Ник тоже открыл глаза. Всего лишь на мгновение, на одно мгновение Мэгги показалось, что взор его затуманился. Затем он вновь стал пристальным, под конец засветившись улыбкой.

Он продолжал целовать ее, все еще требовательно исследуя ее рот и все это время не спуская глаз с Мэгги, в свою очередь внимательно наблюдавшей за ним. Руки Ника крепко сжимали ее в объятиях, грудь ее, казалось, вот-вот расплющится на его груди, но сознание этого было сладостным, и тело Мэгги немедленно отозвалось, сыграло в унисон: грудь набухла, соски стали твердыми. Она чувствовала ответную жадную реакцию его тела, устремившегося к ней.

Внезапно, словно осознав, что с ним происходит, Мэгги на мгновение застыла. Затем, еще не понимая, что делает, отодвинулась, освобождаясь от его губ и сражаясь одновременно с собственным сопротивлением, идущим глубоко изнутри.

Его руки, все крепче и крепче, пропорционально растущему желанию, сжимавшие ее, разомкнулись. Безжизненно, как подрубленные крылья, они метнулись вниз, к. ее бедрам. Неуверенным движением Ник отодвинул от себя Мэгги.

Она готова была пожалеть о том, что он остановился. Как нарочно, именно теперь, в этот момент. Но она поняла, что Ник не хочет форсировать события. Словно протестуя, ее руки по-прежнему обвивали его шею, отказываясь отступить. Пальцы скользнули вверх, к затылку, в густоту волос, наслаждаясь упругостью завитков и теплом кожи.

Мгновение Ник пытливо всматривался в лицо Мэгги, затем с едва уловимой усмешкой прижался лбом к ее лбу. Дыхание его участилось, лицо до самых скул скрыла темнота. Тело еще хранило напряжение, а руки, лежавшие на ее бедрах, оставались нетерпеливыми.

– Все оказалось не так уж плохо, – пробормотала Мэгги, успокаиваясь: паники внутри нее нет. Внезапно Них расхохотался.

– Я был уверен, что ты именно так и думаешь.

– Тогда почему же ты остановился?

Он поднял на нее глаза.

– Потому что у нас все должно быть еще лучше. И очень скоро. А вот спешить нам некуда: впереди у нас вся жизнь. Мы снова вместе, Магдалена, и это наш счастливый шанс. Я не дам тебе уйти.

– О, Ник… – Сердце ее сжалось, как от физической боли, руки плотнее сомкнулись у него на спине. Откинув голову, она прижалась губами к его колючему подбородку. – Я так не хочу, чтобы ты меня отпускал!

– Отлично, – прошептал он, снова жадными губами отыскивая ее губы. На этот раз поцелуй был коротким: быстрая атака, а затем отступление.

– Стейки! – Ник бесцеремонно, словно тряпичную куклу, отодвинул Мэгги в сторону, кинулся в кухню и рывком распахнул дверцу духовки – почти тотчас же исчезнув в клубах дыма. Он попытался вытащить горячую сковороду, застонал от боли и схватил прихватку. Спустя секунду спасенные стейки были водружены на подставку рядом с плитой.

Мэгги перевела взгляд со стейков на Ника, не отрывающего от них глаз, и закатилась в хохоте.

– Кто это говорил о сгоревших бифштексах?

– Ты нарочно отвлекла меня. – Ник выключил огонь под кастрюлькой с соусом, затем взял вилку и удрученно ткнул ею в обуглившееся мясо. – Не исключено, что они все же съедобны, если соскоблить подгоревшее.